Loading AI tools
армянский учёный-языковед, создатель армянского алфавита, основоположник армянской литературы и письменности Из Википедии, свободной энциклопедии
Месро́п Машто́ц (арм. Մեսրոպ Մաշտոց; около 361/362, селение Ацик, провинция Тарон, близ озера Ван — 17 февраля 440, Вагаршапат) — армянский учёный-языковед, создатель армянского алфавита, основоположник армянской литературы[6][7] и письменности, национальной школы и педагогической мысли, просветитель, миссионер, переводчик Библии, теолог, святой Армянской апостольской церкви и Армянской католической церкви.
Месроп Маштоц | |
---|---|
![]() «Месроп Маштоц», Ст. Нерсисян, 1882 год | |
Дата рождения | 361—362 годы |
Место рождения |
![]() провинция Тарон , с. Ацик, близ озера Ван |
Дата смерти | 17 февраля 440 |
Место смерти |
![]() • ![]() |
Страна |
![]() |
Род деятельности | переводчик, лингвист, переводчик Библии |
Научная сфера | лингвист, переводчик |
Ученики | Мовсес Хоренаци, Корюн, Езник Кохбаци, Вардан Мамиконян, Иовсеп Вайоцдзорци и др. |
Известен как | создатель армянского, агванского[1][2][3] и возможно грузинский алфавит[4][1][5][2] |
![]() |
Историческая миссия Маштоца сыграла важнейшую роль для дальнейшего сохранения армянской идентичности[6][8]. Согласно мнению некоторых историков, являлся также создателем грузинского[4][1][5][2] и агванского[1][2][3] алфавитов.
![]() | ![]() | |||||||||
История создания армянского письма получила широкое освещение в письменных источниках[10]. В распоряжении современного месроповедения имеются более 30 наименований исторических первоисточников[11], позволяющих составить его критическую биографию. Основным первоисточником информации о жизни и деятельности Месропа Маштоца является труд «Житие Маштоца» его ученика и биографа Корюна. Труд написан в 440 годах[12] по поручению католикоса Иовсепа Вайоцдзорци. Основные рукописи восходят к XIII—XIV векам. Для исторической науки следующим наиважнейшим источником считается «История Армении» Мовсеса Хоренаци, одного из младших учеников Маштоца, тоже современника и очевидца его деятельности. Наиболее ранние рукописи относятся к X—XI векам[9]. О нём даёт ценные сообщения[10] ещё один автор V века в своей «Истории Армении» — Лазарь Парпеци. Последний писал около 500 году и был учеником Агана Арцруни, одного из учеников самого Маштоца. В его «Истории» есть важные сведения, дополняющие сообщения Корюна и Хоренаци. Существуют более поздние биографы Месропа Маштоца, наиболее ранние из которых — аноним IX века[13], написавший «Историю святого патриарха Саака и вардапета Маштоца», а также автор XII—XIII столетий Карапет Саснеци, автор «О жизни и смерти св. вардапета Месропа». Для сравнительного анализа и проверки данных Корюна, Хоренаци и Парпеци важное значение имеет также ряд раннесредневековых и позднесредневековых источников, среди которых авторы VII века Мовсес Каганкатваци, Давид Харкаци, анонимная хроника того же века, приписываемая Анании Ширакаци, историки IX—X веков Товма Арцруни и Ованес Драсханакертци, историки XII—XIII веков Киракос Гандзакеци, Вардан Аревелци, Михаил Сириец и некоторые другие.
По рукописному тексту его биографа Корюна употребительнее имя Маштоц, и лишь в заглавии — Месровп или Месроп. У Мовсеса Хоренаци последовательно Месроп, и лишь в одном случае — Маштоц. Дата рождения Месропа Маштоца точно не известна. На сегодняшний день в исторической науке общепринято, что он родился между 361 и 362 годами[14][комм. 1]. Как его ученик и биограф Корюн, так и все другие источники в качестве места его рождения называют селение Ацик северо-западнее озера Ван в провинции Тарон, являвшейся одним из религиозных центров тогдашней Армении. Также ничего не известно о его родителях, кроме того, что отца звали Вардан[17][18]. Историк V века Бузанд, упоминая Ацик в связи с другим событием, называет его деревней карчазатов[19]. В переводе это слово означает «полусвободный»[20] (от «карч» — ограниченный, короткий, и «азат» — свободный). Касаясь этой социальной категории древней Армении, исследователи полагают, что они, вероятно, были обязаны служить в ополчении всадников, в результате чего получали некоторые привилегии[21][комм. 2]. Хотя это мнение в настоящее время является преобладающим, на основе других источников его иногда называют «сыном свободного крестьянина»[21][24]. Происходя, вероятно, из небедной семьи, Маштоц получил образование в начале 370 годов в одной из грекоязычных школ в Тароне[20][комм. 3]. Кроме родного армянского, владел греческим, сирийским и персидским языками[7]. Первоначальное греческое образование Маштоца было не самым высоким для своего времени: по сообщению историка конца V столетия Парпеци[28], он умел читать на этом языке по слогам, тогда как персидским и сирийским владел блестяще[комм. 4]. Позже изучал кавказские языки[7].
Роберт Томсон[англ.] отмечает, что Маштоц «начал карьеру, которая изменила Армению»[30]. Корюн сообщает, что Маштоц служил при дворе Аршакидов, царей Великой Армении[25], в период азарапетства некого Аравана[31]. Согласно Хоренаци, он был назначен секретарём при армянском дворе[26]. Парпеци, ещё более уточняя, указывает, что Маштоц вёл службу при дворе армянского царя Хосрова IV[18] в течение «нескольких лет»[28]. Таким образом, его переезд в столицу Вагаршапат мог произойти не ранее 385 года. Здесь он был на военной службе, имея, вероятно, воинскую степень[32]. Утверждение опирается на сообщение Корюна о том, что «знанием ратного дела снискал (Маштоц) любовь своих воинов»[25]. В этот период служил писцом и секретарём в царской канцелярии[8]. Считается[33], что годы придворной службы сыграли важнейшую роль в формировании его дальнейших религиозных и политических взглядов, о чём прямо сообщает также Хоренаци[26]. Некоторые исследователи полагают, что переезд Маштоца в столицу и служба при дворе были обусловлены социальным происхождением его семьи. Политическая ситуация в Армении в этот период была крайне обострённой. Под ударами как Римской империи, так и государства Сасанидов армянское государство сильно ослабло. Маштоц был непосредственным очевидцем политического раздела Армении в 387 году между этими двумя державами. К сожалению, данные о начальном этапе его жизни весьма скудны, а его биограф Корюн больше концентрировался на проповеднической и просветительской деятельности своего учителя. Согласно последнему, именно при дворе он впервые глубоко изучал богослужебные писания[25]. В 392—393 годах, будучи придворным служащим, окончательно принимает христианство[комм. 5].
Дата принятия Маштоцем монашества подтверждается хронологическими указаниями его биографа Корюна. Уже в 395—396 годах[34][комм. 6] он покинул царский двор и стал проповедником Евангелия среди армянских язычников. Как пишет историк Хоренаци, ослабление и падение Армянского царства привело к оживлению языческих верований[26]. Первым местопребыванием его и его сподвижников стало местечко Ротастак в области Гохтн (Голтн) вблизи Нахичевани[37][38][39]. В течение последующих лет Голтн, наряду с Вагаршапатом, продолжал оставаться одним из основных мест его деятельности, куда он периодически возвращался. Маштоц устно переводил для людей Библию, доступную лишь на чуждых народу греческом и сирийском языках.
«Однако во время своего проповедничества блаженный Месроп испытывал немало трудностей, ибо он был одновременно и чтецом, и переводчиком. Если же читал кто-либо другой, а его при этом не было, то народ ничего не понимал за отсутствием переводчика»[26].
В этот период своей деятельности он вёл в основном отшельническую жизнь. После 387 года большая часть Армении оказалась под властью Персии, и греческие школы были закрыты, страна переживала глубокий политический и культурный кризис.
Спасение распадающегося армянского государства Маштоц видел только в укреплении христианской веры среди всего армянского народа[26][38]. Национальный алфавит должен был стать средством развития армянской раннефеодальной культуры и, тем самым, средством сохранения политической, религиозной и культурной самобытности армян. Чувство национального единства во многом способствовало реализации этой идеи[40].
Распространение христианства побудило Месропа Маштоца начать работу по созданию армянского алфавита для перевода Библии и богослужебных книг. Первые попытки Маштоц предпринял, когда только начал проповедовать в конце 390 годов в Голтне и Сюнике, где его поддерживали местные князья[26][38]. Как пишет Корюн, «Он задумал ещё более озаботиться об утешении всей страны»[38]. За содействием в создании армянского алфавита Маштоц обратился к католикосу. В столице Вагаршапате его замысел встретил поддержку[41] со стороны Саака Партева, который также имел похожую идею, «Месроп, придя к нему по поводу изыскания армянских письмён, нашёл его ещё более жаждущим их» — пишет Хоренаци[42]. Вместе с католикосом они приступают к поискам подходящего алфавита для перевода богослужебных книг.
С целью создания армянского алфавита был созван специальный церковный собор[41][43][31], «созыв совета блаженных братьев, пекущихся о стране (армянской), дабы создать алфавит для армянского народа»[44]. В Вагаршапатский синод прибывают все епископы армянской церкви[31][29]. Синод был созван по инициативе Маштоца, однако роль армянского католикоса в нём была весьма значима. Это событие стало не только знаком официальной поддержки Месропа Маштоца со стороны церкви, но также проявлением позиции государства по отношению к общегосударственному вопросу. Несмотря на то, что к этому времени вопрос создания национального алфавита и перевода Библии давно назрел, именно Вагаршапатский синод стал началом процесса его создания. Он практически был официальным решением церкви о необходимости создания алфавита и перевода богослужебных книг, отмены в стране сирийской, парфянской и греческой письменности[43][45] и, тем самым, избавления от некоторого влияния греческой и сирийской церкви[41]. Вероятно, в синоде участвовали не только духовные, но также и светские деятели[46]. Царь Врамшапух, вернувшись в то время из Месопотамии, был оповещён о «расспросах и поисках и многих трудностях»[44] Месропа Маштоца и католикоса[47][комм. 7]. Поддержав эту инициативу, он извещает о существовании в Месопотамии древнего армянского алфавита[28][41][29][44]. Вопрос изначально не носил характер только церковной или религиозной реформы, осознавалось его общенациональное политическое значение[14].
…видя, что Армянскому царству наступает конец, воспринял бедствие как испытание своему терпению[26].
С этого момента царская власть Армении фактически присоединяется к просветительскому движению Маштоца и Саака.
После Вагаршапатского собрания, примерно в 404 году[48], посланником царя Вагричем Хадуни[43] от сирийского епископа Даниила в Армению были привезены так называемые «Данииловы письмена», происхождение которых до сих пор спорно[49]. Согласно сообщениям исторических источников,[29][44] это были письмена алфавита армянского языка, найденные епископом Даниилом и относившиеся к более ранней исторической эпохе. Известно также, что Месроп Маштоц и Саак Партев, будучи знакомы с существующими алфавитами их времени, приняли «Данииловы письмена» именно как древнеармянские и настойчиво пытались возродить их[50].
Царь Врамшапух приказывает повсюду ввести для обучения грамоте новый алфавит.
И когда многие из них усвоили, приказал (царь) повсюду обучать этими же (письменами). Тем самым блаженный (Маштоц) был удостоен прекрасного звания вардапета. Около двух лет он занимался преподаванием и вёл (занятия) этими письменами[44].
Этим историческим актом он впервые объявил армянский язык в качестве государственного[комм. 8]. Маштоц, получив степень вардапета (архимандрита), собрал первых учеников и начал обучение с использованием алфавита «Данииловых письмён». Около двух лет[44][комм. 9] он вёл занятия, используя «Данииловы письмена». Однако данный алфавит не мог правильно зафиксировать фонетику тогдашнего армянского языка[52][28][29][44]. Это был неполный и несовершенный алфавит. Первая попытка обретения нового алфавита завершилась провалом. Историческое значение этих событий заключалось лишь в первом огосударствлении армянского языка. После некоторого времени Маштоц приступил к созданию нового полноценного алфавита.
Современными учёными были высказаны разные точки зрения о возможном происхождении этого письма. Они могли быть как дохристианскими армянскими[53], так и одной из форм семитского (арамейского) алфавита[54], неспособного выразить богатую согласную структуру армянского языка, а также некоторые гласные звуки.
По приказу царя и с согласия католикоса Маштоц с группой учеников предпринял экспедицию в северную Месопотамию, в города Амид, Эдесса, затем в Самосата[55]. Главная мотивация его отправления за границу является спорной. Вероятно, он надеялся на помощь месопотамских учёных и мудрецов, менее вероятно — искал возможно существующий и сохранившийся там армянский алфавит[56]. Сначала он посещает епископа Даниила, который обнаружил «письмена», однако, «не найдя ничего больше прежнего»[57], отбывает в Эдессу. Этот факт указывает, по-видимому, что Маштоц вёл также поиски письменной системы, о существовании которой, возможно, он знал[58].
Месроп направился в один из крупнейших учебных и научных центров того времени — Эдессу — и начал свои поиски в прославленном эдесском книгохранилище[59]. Здесь он изучил алфавиты разных языков, ознакомился с их структурой, формами букв, принципами письма и только после этого взялся за создание алфавита. Вероятно, в этом книгохранилище он ведёт основные научные работы[59]. Своих учеников Месроп разделил на две группы: одних оставил в Эдессе для изучения сирийской письменности, других отправил в город Самосата для изучения греческой письменности[60]. В Месопотамии Месроп встречался с учёными, представителями светской власти и высшим духовенством, в частности с епископом Амида Акакием и епископом Эдессы Пакида[61][комм. 10]. Сообщается, что они не смогли оказать ему никакой действенной помощи в деле создания подходящего алфавита.
Около 405 года[65] в городе Эдесса, после долгих научных изысканий, Маштоц создаёт 36-буквенный армянский алфавит[66]. Он расставляет буквы в прямом соответствии с буквами греческого алфавита. Согласно разным предположениям, в работе над созданием алфавита Маштоц использовал греческую, пехлевийскую (среднеперсидскую), эфиопскую и ряд других систем письма[67][68].
«Так претерпел он много лишений в [деле] оказания доброй помощи своему народу. И ему было даровано такое счастье всемилостивейшим богом святой десницей своей, он, как отец, породил новое и чудесное дитя — письмена армянского языка. И там он поспешно начертал, дал названия и расставил [письмена по порядку], расположил [их] по силлабам-слогам»[66].
После создания алфавита он отправляется в город Самосата, где с греческим писцом и каллиграфом Ропаносом (Руфин) уточнил начертание армянских букв[57][66]. Как сообщает летописец, «окончательно начертал все различия письмён [букв] — тонких и жирных, коротких и длинных, отдельных и двойных»[66]. В Самосате труд по созданию армянского алфавита был завершён. Маштоц, два его ученика и писец Ропанос начали перевод Библии, используя новый алфавит, с притчей Соломоновых, осуществляя первое испытание новосозданного алфавита[66]. Очевидно, своим главным делом в Самосате Месроп считал именно перевод небольших отрывков из Библии и их каллиграфическое оформление[69]. Более века спустя после принятия Арменией христианства в качестве государственной религии, Месроп Маштоц становится первым переводчиком Библии на армянский язык. Ропанос одновременно обучал учеников Маштоца, готовил из них писцов новой армянской письменности[66]. После посещения сирийского епископа Маштоц с учениками возвращается в Армению. Согласно летописцу, примерно год он провёл в месопотамских городах[комм. 11]. В Армении католикос Саак предоставляет Месропу Маштоцу группу учёных-монахов, вместе с которыми Маштоц окончательно определяет фонетические и орфографические нормы армянского языка[28].
Современные лингвисты высоко оценивают заслуги Месропа Маштоца в деле создания армянского алфавита:
«Миссия Маштоца — настоящая научная, быть может первая в мире, лингвистическая экспедиция, поставившая своей целью выработку алфавита»[71].
По возвращении в столицу Маштоц по приказу Врамшапуха начал обучать жителей области Марк. Эта территория локализуется у берегов реки Аракс в участке области Нахичевани. После «убеждения в правильности созданного алфавита» при содействии католикоса он основал Вагаршапатскую семинарию — первую высшую школу[72][73] христианской Армении, куда стали собираться ученики с разных концов и областей страны[74]. Таким образом была открыта возможность создания церковных школ на родном языке[7]. В семинарии преподавал сам Маштоц. Вначале изучались три основных предмета т. н. тривиум: грамматика, логика и риторика, готовились в основном переводчики и проповедники[73][75]. Маштоц возглавил также обучение царского двора вместе со всем азатским войском. Первые армяноязычные школы были созданы по типу греческих. Маштоц разработал методику преподавания армянского языка[76]. Он и его помощники учили не только грамотности, но и церковному песнопению, особое внимание уделялось физической подготовке.
…отобрав по велению Врамшапуха и Саака Великого умных и здоровых детей, обладавших мягкими голосами и долгим дыханием, учредил школы во всех областях и стал учить во всех уголках персидского, но не греческого удела…[77]
После создания алфавита в деятельности Маштоца начинается новый этап. Получив согласие царя и католикоса, с группой учеников он снова начал проповедовать в провинциях страны. Новое миссионерское путешествие он начинает с Гохтна и Сюника[78], где его деятельности помогал Васак Сюни, будущий марзпан (правитель) Армении. После визита в Византию и Албанию он посетил Гардман, одну из важнейших провинций северо-востока Армении. Тогда же, по приглашению Ашуши Гугаркского, Маштоц посетил край Таширк провинции Гугарк. Как правило, он объединял евангельские проповеди с обучением алфавиту и грамотности[79][80]. В 410-е годы Маштоц распространил новый алфавит в большей части Восточной Армении. В 414 году умирает царь Врамшапух — главная политическая опора деятельности Месропа Маштоца. После него на армянский престол был утверждён сын сасанидского самодержца Йездигерда I Шапур, а с 419 года в стране началось безвластие[81]. Просветительская деятельность Маштоца происходила в обстановке политической нестабильности.
Тем временем во всей Армении развивалось широкое культурно-просветительское движение. Маштоц и Саак разослали по разным областям подготовленных учеников, доверив наиболее способным из них обучать грамоте и распространять христианство. Тогда же они, укрепив на армянской почве новую письменность, принялись за перевод Библии. Поскольку после раздела Армении греческие книги в персидской её части были запрещены, Месроп и Саак первые библейские переводы делали с сирийских текстов[77].
Завершив просветительскую деятельность в Восточной Армении, Маштоц с группой учеников и соратников отправился в Византию для основания армянских школ в Западной Армении[82]. На границе он встретился с командующим византийских восточных войск Анатолием Флавием[82][83], который письмом известил византийского императора о намерениях Маштоца. Изначально Маштоц не получил разрешения на деятельность, из-за чего в сопровождении Вардана Мамиконяна и других учеников был вынужден лично отправиться[82] в византийскую столицу Константинополь, оставив часть учеников в городе Мелитена у епископа Акакия Мелитинского. Первопричиной отказа было недовольство со стороны представителей духовенства Кесарии Каппадокийской, которые эти области считали частью своего престола, применяли там греческую письменность и были возмущены деятельностью Маштоца и Саака[84][комм. 12]. Этим препятствием, возможно, объясняется факт столь позднего начала деятельности Месропа Маштоца в Западной Армении с момента изобретения им национального алфавита[84].
Переговоры в Константинополе начались не ранее марта-апреля 420 года[82][комм. 13]. Маштоц с почестями был принят молодым императором Византии Феодосием II и получил его окончательное разрешение на просветительскую деятельность «со скреплёнными печатью императорскими грамотами». Согласно императорскому приказу Маштоцу далось право собрать отроков в византийской части Армении. Согласно другой грамоте Маштоц должен был искоренить секту борборитов в этих провинциях. Корюн называет эти грамоты сакерами, что является видоизменённой формой латинского sacra rescripta. Также он получил одобрение и со стороны греческого патриарха Аттика. От византийских властей Маштоц получил титул акумит,[82][комм. 14], буквально означающий «бдящий», «вечно бодрствующий», был рукоположён экклесиастиком[комм. 15] и записан в числе первых наставников[82].
Из письма императора Феодосия II армянскому католикосу (Хоренаци, III, 57):
«Повелев рассмотреть письмо, мы узнали содержание изложенного тобой и тяжко обвинили тебя за то, что ты всем сердцем предался царю язычников, а нам не счёл нужным представиться даже письменно. И в ещё большей степени вменяем тебе в вину то, что, пренебрегая мудрецами нашего города, ты обратился за научными открытиями к каким-то сирийцам. Поэтому мы были удовлетворены тем, что наши подданные пренебрегли таким учением… Но так как Месроп рассказал нам, что своим возникновением это искусство обязано благодати свыше, то мы распорядились, чтобы обучались [у него] со всем усердием…»
Все затраты и прочие издержки по обучению грамоте и распространению христианства оплачивались из византийской казны. Вероятно, были проведены параллельные переговоры и с кесарийским престолом. Согласно некоторым исследованиям, позитивное отношение к миссии Маштоца со стороны византийского двора имело также политическую подоплёку на фоне усиления политического влияния Сасанидов в Армении. Несмотря на это, высокий трон и патриарх обвинили армянского католикоса Саака в том, что он и Маштоц в деле создания армянского алфавита не обратились к византийским учёным, и армянская церковь тем самым стремится к освобождению от всякого византийского влияния.
Из письма греческого патриарха Аттика к армянскому католикосу (Хоренаци, III, 57):
"Воздаём большую благодарность Богу за твою добрую славу посреди такого варварского народа, но не освобождаем от обвинения в том, что ты не сразу вспомнил о любезности (нам) твоих блаженных отцов Нерсеса и Григора… Ныне же велением самодержца Августа тебе даруется право обучать в нашей стороне и либо подчинить, либо изгнать из своего (епископского) удела Ересь борборитов. Посланного же тобой Месропа мы рукоположили экклесиастиком».
Первые армянские школы в Западной Армении Месроп открыл между 420—422 годами[82] с помощью полководца Анатолия. Согласно поручению патриарха Аттика, в течение этой миссии Маштоц вёл ожесточённую борьбу против гностической секты «борборитов». Маштоц привёз также императорский приказ полководцу Анатолию об укреплении города Карин и его переименовании в Феодосиополь[86].
Когда Маштоц вернулся из Западной Армении, он предстал перед новым царём Армении Арташесом IV с докладом о своей миссии в Византии. Деятельность Маштоца в византийской части Армении совпала с обострением политической ситуации в Армении в целом[комм. 16] и византийско-сасанидских отношений в частности.
Второй визит в Западную Армению Маштоц нанёс в конце 420-х годов: он посетил провинцию Бардзр Айк (Высокая Армения). В области Шалгомк Месроп обучил первую группу жителей. В областях Спер, Дерджан и Екелеац он оставил помощников из своих учеников и прибыл в Айрарат, откуда последовал на прежнее своё место жительства — в область Голтн[88]. К сожалению, в это же время усилились антиармянские репрессии со стороны персидского самодержца Варахрана V. В 428 году Армянское царство было упразднено, а католикос Саак низложен. Активная фаза миссионерской деятельности Месропа Маштоца в основном завершилась.
В 428 году под предлогом иска со стороны самих армянских нахараров[89] Варахран V низложил своего вассала, молодого Арташеса IV. По различным обвинениям он и католикос Саак Партев вместе с группой знатных вельмож были вызваны в сасанидскую столицу Ктесифон. Представ перед судом Варахрана V, католикос Саак и армянский царь были окончательно низложены и арестованы. С 428 по 432 годы Месроп Маштоц был практически одинок в своих действиях, которые с тех пор не носили масштабного миссионерского характера. В Армению в качестве католикоса был отправлен некий Сурмак[89]. Через год он практически был изгнан из страны. На этот раз его сменил ассириец Брикшо[89], который также был отвергнут в Армении. Надо полагать, что Маштоц, как вторая после Саака Партева религиозно-общественная фигура в стране, сыграл важную роль в этих событиях. Уже в 432 году Маштоц не присоединяется к группе армянских князей, которые от Варахрана V требовали освободить католикоса Саака и восстановить его право на патриаршество[90]. Маштоц в обращении к Варахрану V предложил кандидатуру малоизвестного Тирука Заришатци. Такой шаг возможно объяснить лишь осознанием Маштоцем глубоких изменений в политической обстановке страны. Вопрос политических и религиозных репрессий в Армении спровоцировал даже вмешательство со стороны христианской Византии[91]. Варахран V, однако, освобождает Саака, но с ограниченными правами. Католикосом был признан некий Шамуел. Саак Партев был отправлен вглубь страны, в провинцию Багреванд, а Месроп Маштоц назначен им в качестве местоблюстителя[92]. Как и в случае со своими предшественниками, Шамуел был практически проигнорирован армянским духовенством. Саак Партев находился на патриаршеском престоле лишь номинально. Маштоц в Вагаршапате практически исполнял функции армянского католикоса[93]. Он так и не стал официально армянским католикосом, несмотря на то, что после смерти Шамуела (ок. 437) и Саака Маштоц был единственным предводителем армянской церкви. Причиной этого, вероятно, стало его крестьянское незнатное происхождение.
Древнеармянские авторы сообщают, что до своего первого визита в Западную Армению Маштоц побывал в Иберии, где с помощью переводчика Джага составил письмена грузинского языка. Ему содействовали в этом царь Бакур и епископ страны Моисей[77][94]. Историческая концепция создания Маштоцем древнегрузинского алфавита поддерживается авторитетными энциклопедиями[95][96][97][98] и наибольшим числом авторитетных мировых специалистов[1][5][99][4].
Мовсес Каланкатуаци, «История страны Алуанк», VII век[100] : Прибыли они к Месропу и с ними вместе [Месроп] создал письмена для изобилующего гортанными, грубейшими, варварскими и труднопроизносимыми звуками языка гаргарийцев. Затем, оставив тут настоятелем ученика своего Иовнатана и назначив при царском дворе священников, [Маштоц] возвратился в Армению. Оттуда он отправился в [город] Византион, к императору Феодосию. |
…И вот тех, которые были собраны из отдельных и разрозненных племён, он (Маштоц) связал божественными заветами и сделал их единым народом, восхваляющим единого бога…[101]
Согласно Корюну, в начале 420 годов с неким иереем переводчиком Бениамином Маштоц создал письмена для алуанцев[83]. Хоренаци, а вслед с ним и Каганкатваци[100], уточняют, что это было племя гаргарцев[77][102]. Затем Маштоц лично прибыл в Кавказскую Албанию, где встретился с царём Арсвалом и епископом Иеремией, способствовал распространению албанской письменности, изобретённой им же[102].
Тогда же на пути из Албании Месроп Маштоц прибыл в Гардман в провинции Утик. Гардманский князь Хурс предоставил в распоряжение Месропа всё своё княжество. Находясь там, он получил приглашение от Ашуши Гугаркского прибыть в его владения, в область Ташир. Во время второго визита в Иберию Маштоцу всячески помогал иберский царь Арчил I[79][88]. В Иберии он также оставил учителей из своих учеников.
В это время одним из самых дальних миссионерских путешествий Месропа Маштоца становится его визит в край Баласакан[103], в древнюю Каспиану[104].
Йост Гипперт, один из дешифровщиков найденного в 1996 году албанского палимпсеста, на основе анализа букв приходит к выводу, что в основе албанского письма очевидно лежит армянский алфавит, что в свою очередь свидетельствует в пользу исторической традиции, приписывающей создание албанского алфавита Месропу Маштоцу[105].
Для лучшего просвещения страны Месроп Маштоц и католикос Саак отправили своих учеников Езника Кохбаци, Корюна и некоторых других в Византию и северную Месопотамию. В Византии их принял архиепископ Максимиан (431—434)[88]. По возвращении в Армению в городе Аштишате ученики доставили Месропу и Сааку письма и каноны Эфесского собора, а также достоверный экземпляр Библии. В связи с интригами вокруг деятельности бывшего греческого патриарха Нестория Маштоц поддерживал связь с главами византийской церкви Кириллом Александрийским, Проклом Константинопольским и др., которые предупреждали о возможном существовании в Армении идеологов несторианства[106].
Между 432—435 годами Маштоц с католикосом Сааком и своими учениками закончил перевод Библии, работа над которым велась ещё в первые годы создания армянского алфавита. В работе над переводом Библии важную роль сыграли их ученики, которые во главе с Мовсесом Хоренаци были отправлены для высшей учёбы в Александрию[107]. Кроме библейских книг под руководством Месропа Маштоца были переведены многие труды античных авторов, в частности, «Экклесиастика» Евсевия Панфила и т. д.[108]
И в это время, несомненно, стала чудесной наша желанная и благодатная страна Армения, куда нежданно, благодаря двум равным мужам, прибыли и стали говорить по-армянски законоучитель Моисей вместе с сонмом пророков, и шествующий впереди Павел со всем отрядом апостолов и с животворящим Евангелием Христа[109].
В последние годы своей деятельности Маштоц был одинок. Сасанидские власти выживали армянского католикоса, который утвердил Месропа в соборной церкви (что в городе Вагаршапате), а сам уединился в провинции страны. После смерти Саака Партева в 439 году на патриарший престол по воле Маштоца был назначен его ученик, священник Иовсеп Вайоцдзорци[110].
Месроп не только вёл обширную просветительскую деятельность, но и был влиятельным общественным деятелем. Его биограф Корюн пишет: «Для многих узников и заключённых и трепещущих перед лицом насильников он добился отпущения, вызволив их всесильной силой Христа. Он разорвал много несправедливых долговых обязательств…»[111]
Маштоц посвятил 45 лет проповедованию христианства и 35 лет распространению армянской письменности. Скончался после непродолжительной болезни в городе Вагаршапате. Правитель Армении Ваан Аматуни и Амаяк Мамиконян, брат полководца Вардана Мамиконяна, с почестями похоронили Месропа в селе Ошакан, где на могиле в 443 году была построена церковь (она находится в 30 км от Еревана).
Армянская апостольская церковь причислила его к лику святых.
Армянский алфавит изначально состоял из 36 букв, из которых 7 являлись гласными звуками, а 29 букв — согласными. При наличии десятков диалектов Маштоц определил фонетические нормы для общего литературного языка, выбрал один из видов письма, в частности слева направо (как в греческом), а не справа налево (как в ассирийском). Им были определены орфографические нормы древнеармянского литературного языка.
Этот алфавит был создан гениальным человеком с поразительным чувством родины — был создан однажды и навсегда, — он совершенен. Тот человек был подобен богу в дни творения … Он такой же факт, как этот алфавит. Имя его Месроп Маштоц[112].
Основные принципы, которых придерживался Месроп, создавая армянский алфавит, были следующие: 1) каждой букве соответствует один звук, каждому звуку — одна буква, исключение составляет только буква «ու» (y), которая состоит из двух буквенных знаков и не входит в алфавит; в этом случае Месроп просто следует греческому алфавиту, в котором звук у графически представлен двумя знаками o и v (> o v); 2) принимается горизонтальное письмо слева направо, в то время как большинство современных Месропу алфавитов придерживалось обратного направления — справа налево; преимущество первого очевидно[113]; 3) в армянском алфавите нет диакритических знаков, характерных для большинства алфавитов того времени, в том числе и греческого, в которых над, под или рядом с буквами ставились особые знаки, призванные уточнить их произношение ; 4) как и для любого живого языка, для армянского языка V века было характерно неодинаковое произношение звуков в разных областях страны, что в какой-то степени нарушало единство произношения. Месропу удалось обойти эти различия и создать так называемое фонемное письмо, представляющее единую звуковую систему армянского языка. Его алфавит основан на весьма тонком понимании фонетики языка[21].
На протяжении более тысячи шестисот лет армянский алфавит существует почти без изменений[21]. В XI веке были добавлены ещё две буквы: гласная «Օ» (ò) и согласная «Ֆ» (f). До этого для обозначения данных звуков использовались соответственно «Փ» (p’) и «աւ» (aw). Честмир Лоукотка назвал армянский алфавит «наиболее совершенным для своего времени фонетическим письмом»[114]. Считается, что (как и в случае с кириллицей) костяк маштоцевского алфавита употреблялся в Армении задолго до «изобретателя» (как вариант древнесемитского письма). Есть также гипотеза о том, что его отменили с принятием христианства, а Маштоц был инициатором его восстановления и огосударствления. В средние века использовались виды письма «еркатагир», «болоргир», «нотргир», «шхагир», притом со временем графика букв изменилась от квадратных форм к более округлым.
Месроп Маштоц в последние годы занимался в основном переводами, писал церковные стихотворения, церковно-религиозные трактаты. Его произведения являются древнейшими образцами древнеармянской церковной поэзии — творчества Шараканов («Шараканы покаяния») — и лежат в основе армянских духовных песнопений и гимнов. Они составляют важнейшую часть древнеармянского «Шаракноца» (Гимнария). Из его произведений до нашего времени дошли около 130 церковных стихотворений. Творчество Маштоца насыщено гуманизмом и ярким человеческим состраданием.
Бурными волнами сотрясает меня
вихрь моего беззакония, —
Царь-миротворец, помоги мне!
И несут меня волны по пучинам моря греховного, —Добрый кормчий, спаси меня![115]
Лирический диалог Маштоца со Всевышним наполнен человеческими эмоциями, нередко он создаёт драматические картины, подчёркивая духовную немощь простого смертного и его слабость перед Богом.
Поэзия Маштоца представляет собой искреннюю беседу с Господом. Он учит надежде на духовное спасение.
Надежда моя в детстве моём —
Не оставь меня, мой Господи Боже!
Надежда моя в старости моей —
Не оставь меня, мой Господи Боже!
Надежда моя в день второго пришествия -Не оставь меня, мой Господи Боже!
Наиболее известные шараканы «Милосердный Отче!..», «Единосущий зиждитель…», «Боже многомилостивый!..», «В смятенье моём…», «Слёзы раскаянья…» и т. д.
Месроп Маштоц — основатель армянской патристики. Он является автором сборника «Многовещательные речи»[116], долгое время приписываемого Григорию Просветителю[117]. В «Многовещательных речах» Маштоц высказывает идеалистические взгляды на религию и общество.
Одна из старейших легенд о жизни и деятельности Месропа Маштоца записана в «Истории» Вардана Великого (XIII век). Согласно этой легенде Бог, услышав долгие просьбы и молитвы Маштоца, изобразил армянские буквы на одной горе в провинции Балу, которые, якобы, до сих пор видны местным жителям. Легенда рассказывает, что жители почитали это место святыней[118]. В Балу, близ горы св. Месроп, есть местечко, похожее на каменистую могилу, согласно легенде, жители именно это место считали местом создания армянского алфавита, ходили на паломничество и называли его «могилой Маштоца»[119].
Другая средневековая легенда гласит, что Маштоц и Саак с целью изобретения алфавита на сорок дней уединились в пещерах. Во время ночного видения ангел показал им на камне семь букв армянского алфавита. Получив желанное, они спустились с гор[120]. Ещё одна легенда рассказывает, что во время похорон Маштоца на пути из Вагаршапата в Ошакан люди поставили гроб на одном камне, чтобы отдохнуть от жары, и вдруг из камня потекла вода, люди пили эту воду, утоляя жажду[121]. По другой легенде, Маштоц в момент смерти просил ацикцев поставить его тело на телеге, и куда его повезут волы, там и похоронить. Телега остановилась перед домом одного бедного крестьянина, и ацикцы, считая это место слишком неподходящим, похоронили там только мизинец Маштоца, после чего этом на месте построили часовню, которая стала местом паломничества[122].
Вокруг Месропа Маштоца образовалась целая плеяда писателей и переводчиков, которые деятельно способствовали христианизации Армении и распространению в ней просвещения. Армянские историографы и учёные V века почти все были учениками Месропа Маштоца.
В «Истории св. патриарха Саака и вардапета Маштоца»[13] неизвестного автора IX века упомянуты также Мамбрэ (брат Мовсеса Хоренаци), Ардзан Арцруни, Аган Арцруни и Муше.
Благодаря деятельности Месропа Маштоца армянский народ вновь обрёл национальную письменность, армянский язык был объявлен в качестве государственного (404 г.). Христианство окончательно закрепилось в армянском народе и в будущем совместно с письменностью стало опорой армян в борьбе против ассимиляции. Если с начала IV века народ исповедовал христианскую религию лишь номинально, то уже в 451 году армяне вышли на Аварайрскую битву. Немецкий историк и востоковед Йозеф Маркварт писал[123]:
«Народ, который породил таких мужей и почитает их, как своих героев, и следует их примеру, никогда не погибнет».
Месроп Маштоц — первый армянский учитель. Современная армянская письменность, созданная Месропом, стала одним из краеугольных камней Армянской церкви, оказавшей огромное духовное влияние на армянский народ в те долгие века, пока Армения находилась под властью других государств.
Истории редко известны имена создателей алфавитов в древности. Месроп Маштоц — первый исторический деятель, создание которым письменной системы связано не с легендой (например, как с автором готского (или мезоготского) алфавита Вульфилой, IV в.), а документально подтверждено. Маштоц не только создатель алфавита, но также великий просветитель, который, в отличие от других изобретателей систем письма, лично открывал школы в разных провинциях страны и способствовал распространению грамотности.
В честь Маштоца назван проспект в Ереване.
«Месроп Маштоц» (1988) — Арменфильм, режиссёр Левон Мкртчян.
В 1993 году учреждена государственная награда Армении — орден Святого Месропа Маштоца.
Имя Месропа Маштоца носил самолёт Airbus A320 в авиакомпании Armavia, потерпевший катастрофу в 2006 году.
Seamless Wikipedia browsing. On steroids.
Every time you click a link to Wikipedia, Wiktionary or Wikiquote in your browser's search results, it will show the modern Wikiwand interface.
Wikiwand extension is a five stars, simple, with minimum permission required to keep your browsing private, safe and transparent.