Loading AI tools
древнегреческий город-государство Из Википедии, свободной энциклопедии
Спа́рта (др.-греч. Σπάρτη, лат. Sparta; официально Лакедемо́н, др.-греч. Λακεδαίμων, лат. Lacedaemon) — античное государство, в далёкой древности располагавшееся на территории современной Греции — в области Лакония на юге полуострова Пелопоннес, в долине Эврота.
Историческое государство | |||
Лакедемон | |||
---|---|---|---|
др.-греч. Λακεδαίμων | |||
|
|||
![]() Спартанское государство в начале IV века до н. э. |
|||
Столица | Спарта | ||
Язык(и) | древнегреческий, дорийский диалект | ||
Официальный язык | древнегреческий язык | ||
Религия | Древнегреческая | ||
Площадь |
|
||
Форма правления | диархическая выборная монархия | ||
Династия | Агиды, Эврипонтиды | ||
Политический режим | олигархическая милитократия | ||
Цари Спарты | |||
• XI век до н. э. | Аристодем | ||
• IX век до н. э. | Ликург (регент) | ||
• 491 — 480 до н. э. | Леонид I | ||
• 262 — 241 до н. э. | Агис IV | ||
• 235 — 222 до н. э. | Клеомен III | ||
• 207 — 192 до н. э. | Набис (узурпатор) | ||
История | |||
• XI век до н. э. | возникновение города-государства Спарта | ||
• IX век до н. э. | введение законодательства Ликурга | ||
• 480 до н. э. | подвиг 300 спартанцев у Фермопил в войне с персами | ||
• 431 – 404 до н. э. | Пелопоннесская война и утверждение в Греции гегемонии Спарты | ||
• 195 до н. э. | Лаконская война, поражение Спарты и присоединение её к Ахейскому союзу | ||
• 146 до н. э. | Подчинение Спарты Риму | ||
![]() |
Своё наименование, согласно Павсанию, государство получило в честь легендарной Спарты (др.-греч. Σπάρτα) — дочери речного божества Еврота, ставшей супругой сына Зевса Лакедемона[1].
Древняя Спарта — образец аристократического государства, в котором в целях подавления недовольства огромной массы подневольного населения (илотов) сдерживалось развитие частной собственности и успешно сохранялось равенство среди самих спартанцев. Организация политической власти у спартанцев была типичной для периода распада племенного строя: два родоплеменных вождя (возможно, как результат объединения ахейских и дорийских племён), совет старейшин, народное собрание. В VI веке до н. э. сложился так называемый «ликургов строй» (установление илотии, укрепление влияния общины Спарты путём уравнивания их в экономическом отношении и политических правах и превращения этой общины в военный лагерь). Во главе государства стояли два архагета, которые выбирались каждый год путём гадания по звёздам. Им подчинялось войско, и они имели право на большую часть военной добычи, обладали правом жизни и смерти в походах. Политический режим в Спарте назывался олигархией (от олигой — немногие), так как политическая власть принадлежала незначительному меньшинству[2].
Государственные институты:
На лаконские земли, где первоначально жили лелеги, прибыли ахейцы из царского рода, родственного Персеиде, место которых позднее заняли Пелопиды. После завоевания Пелопоннеса дорийцами Лакония, наименее плодородная и незначительная область, вследствие обмана, досталась несовершеннолетним сыновьям Аристодема Еврисфену и Проклу из рода Гераклидов. От них произошли династии Агиадов (от имени Агида, сына Еврисфена) и Еврипонтидов (от имени Еврипонта, внука Прокла). При этом, в гомеровскую эпоху из-за существования двух этих родов, нередко Спартой правили сразу два басилея.
Главным городом Лаконии вскоре стала Спарта, расположенная вблизи древних Амикл, которые, как и остальные ахейские города, потеряли свои политические права. Наряду с господствующими дорийцами-спартиатами, население страны состояло из ахейцев, среди которых выделяли периэков (др.-греч. περίοικοι) — лишённых политических прав, но лично свободных и имеющих право на владение собственностью, и илотов — лишённых своих земельных участков и обращённых в рабов. Долгое время Спарта ничем не выделялась среди дорических государств. Внешние войны она вела с соседними аргосскими и аркадскими городами. Подъём Спарты начался со времён Ликурга и Мессенских войн.
В Спарте времён Тёмных веков формально главой государства был басилей (часто двое), который одновременно состоял в герусии — совете старейшин-геронтов. Власть верховного лица была максимально ограничена, и только на войне он имел больше полномочий (как главнокомандующий). При этом, так как спартанское общество жило во многом по общинным порядкам, басилей вместе со старейшинами регулировал перераспределение земельных наделов между отдельными семьями. Народное собрание, апелла, хотя и существовало, не играло решающей роли в управлении государством, так как обладало лишь законосовещательной функцией.
В целом, в гомеровскую эпоху спартанское политическое устройство было в гораздо большей мере связано с военными порядками, а потому, вместе с дисциплинированностью, в нём гораздо глубже укоренились архаические, общинные порядки.
На начальном этапе государственного строительства у Спарты было несколько серьёзных внешнеполитических противников. В первую очередь, речь идёт о Мессении. Она отличалась большей политической целостностью, хотя её территорию также сильно затронуло переселение дорийцев. Другой, гораздо более сильной угрозой, был Аргос, который мало пострадал от вторжений[6].
С победой в Мессенских войнах (743—723 и 685—668 годы до н. э.) Спарте удалось окончательно покорить Мессению, после чего древние мессенцы были лишены своих земельных владений и обращены в илотов. О том, что внутри страны в это время не было покоя, свидетельствует насильственная смерть царя Полидора, расширение полномочий эфоров, что повлекло ограничение царской власти, и высылка парфений, которые под начальством Фаланфа основали в 707 году до н. э. Тарент. Однако, когда Спарта после тяжелых войн победила аркадян, особенно, когда вскоре после 660 год до н. э. заставила Тегею признать свою гегемонию, и по договору, который хранился на поставленной вблизи Алфеи колонне, вынудила заключить военный союз, с тех пор Спарта считалась в глазах народов первым государством Греции[7]. Спартанцы импонировали своим почитателям тем, что пытались свергнуть тиранов, которые с VII века до н. э. появлялись почти во всех греческих государствах[8][9]. Спартанцы способствовали изгнанию Кипселидов из Коринфа и Писистратов из Афин, освободили Сикион, Фокиду и несколько островов Эгейского моря. Тем самым спартанцы приобрели себе в разных государствах благодарных и знатных сторонников.
Дольше всего соперничал со Спартой за первенство Аргос. Однако, когда спартанцы в 550 году до н. э. завоевали пограничную область Кинурии с городом Фиреей[10], царь Клеомен около 520 год до н. э. нанес аргивянам решительное поражение при Тиринфе[11], и с тех пор Аргос держался вдали от всех областей, которыми руководила Спарта.
Прежде всего спартанцы заключили союз с Элидой и Тегеей, а затем привлекли на свою сторону полисы остального Пелопоннеса. В образовавшемся Пелопоннесском союзе гегемония принадлежала Спарте, которая осуществляла руководство на войне, а также являлась центром собраний и совещаний Союза. При этом она не посягала на независимость отдельных государств, которые сохраняли свою автономию[12]. Также союзные государства не платили Спарте взносы (др.-греч. φόρος), не существовало и постоянного союзного совета, но он при необходимости созывался в Спарте (др.-греч. παρακαλειν). Спарта не пыталась распространить свою власть на весь Пелопоннес[13], но общая опасность во время Греко-персидских войн подтолкнула все государства, кроме Аргоса, перейти под начальство Спарты. С устранением непосредственной опасности спартанцы поняли, что им не под силу продолжать войну с персами далеко от своих границ, и, когда Павсаний и Леотихид опозорили спартанское имя, спартанцы вынуждены были допустить, чтобы Афины взяли на себя дальнейшее руководство на войне, а сами ограничились Пелопоннесом. Со временем начало проявляться соперничество между Спартой и Афинами, вылившееся в Первую Пелопоннесскую войну, завершившееся Тридцатилетним миром.
Рост могущества Афин и их экспансия на запад в 431 году до н. э. привели к Пелопоннесской войне. Она сломила могущество Афин и привела к установлению гегемонии Спарты. Одновременно начали нарушаться устои Спарты — законодательство Ликурга.
Из стремления неграждан к полноправию в 397 году до н. э. произошло восстание Кинадона, не увенчавшееся успехом. Устоявшуюся в Греции власть Агесилай пытался распространить и на Малой Азии и успешно воевал против персов, пока персы не спровоцировали Коринфскую войну в 395 году до н. э. После нескольких неудач, особенно после поражения в морском сражении при Книде (394 год до н. э), Спарта, желая воспользоваться успехами оружия своих противников, уступила по Анталкидову миру царю Малую Азию, признала его посредником и судьёй в греческих делах и, таким образом, под предлогом свободы всех государств, обеспечила за собой первенство в союзе с Персией. Только Фивы не подчинились этим условиям и лишили Спарту преимуществ позорного мира. Афины с победой при Наксосе в 376 году до н. э. заключили новый союз (см. Второй афинский морской союз), и Спарта в 372 году до н. э. формально уступила гегемонии. Ещё большее несчастье постигло Спарту в дальнейшей беотийской войне. Эпаминонд нанес окончательный удар городу восстановлением Мессении в 369 году до н. э. и образованием Мегалополя, поэтому в 365 году до н. э. спартанцы были вынуждены позволить своим союзникам заключить мир.
С этого времени Спарта быстро начала приходить в упадок, а вследствие обеднения и обременения долгами граждан законы обратились в пустую форму. Союз с фокеянами, которым спартанцы послали помощь, но не предоставили действительной поддержки, вооружил против них Филиппа Македонского, который в 334 году до н. э. появился в Пелопоннесе и утвердил независимость Мессении, Аргоса и Аркадии, однако, с другой стороны, не обратил внимания на то, что не были отправлены послы в Коринфские сборы[14]. В отсутствие Александра Македонского царь Агис III с помощью денег, полученных от Дария, пытался сбросить македонское иго, но потерпел поражение от Антипатра при Мегалополисе и был убит в бою. То, что мало-помалу исчез также и знаменитый спартанский воинственный дух, показывает наличие укреплений города при приступах Деметрия Полиоркета (296 до н. э) и Пирра Эпирского (272 до н. э).
Попытка Агиса IV в 242 год до н. э. выработать с уничтожением долговых книг новый раздел поземельной собственности и увеличить число граждан, которое снизилось до 700, оказалась неудачной из-за корысти богатых. Осуществить это преобразование удалось в 226 до н. э. Клеомену III только после насильственного уничтожения эфората. Для Спарты в это время наступила новая эра процветания, — Клеомен был близок к тому, чтобы установить свою власть над Пелопоннесом, но союз ахейцев с Македонией привел Антигона Досона в Пелопоннес. Поражение при Селласии в 222 год до н. э. и затем смерть Клеомена в Египте положили конец государству Гераклидов. Антигон, правда, великодушно оставил спартанцам их независимость. После царствования незначительных правителей (Ликург, Хилон) восстали тираны, которые пользовались дурной славой, Маханид (211—207 годы до н. э) и Набис (206—192 годы до н. э).
Оба должны были уступить Филопемену, который в 192 год до н. э. включил Спарту в Ахейский союз, но в 189 год до н. э. строго наказал восставших спартанцев. Между тем 195 год до н. э. началась лаконская война. Жалобы угнетённых были услышаны римлянами, которые долгое время поддерживали взаимные распри, пока не признали своевременным покорить Грецию в 146 год до н. э. По Павсанию в римский период 18 городов Лаконии принадлежали к Элевтеролаконам[греч.], которых император Август освободил от владычества Спарты[15][16].
Учёные выделяют ряд причин, по которым некогда самая могущественная в Греции Спарта утратила свою гегемонию в IV в. до н. э. В первую очередь, это было связано с самим образом жизни полиса. Так как его главным «промыслом» было военное дело, государству приходилось постоянно участвовать в подготовке к войне или непосредственно в военных действиях, что истощало его ресурсы, в том числе и человеческие. При этом, всё производство полиса было нацелено именно на войну и внутреннее потребление. Вследствие ликвидации драгоценных монет, долгое время жители Спарты не были заинтересованы в развитии производства, так как не участвовали в торговле. Важным фактором, обусловившим в итоге пагубное влияние на полис его же порядков, была и изоляция от внешнего мира, которой старались достичь последователи Ликурга. Это привело к сохранению древних устоев, что сдерживало развитие полиса, отсталости невоенного сектора производства, а также неготовности спартанцев к контакту с внешним миром.
Совокупность приведённых факторов привела к тому, что достижение полной гегемонии на территории Эллады в результате победы в Пелопоннесской войне стало для Спарты поворотным моментом, после которого началось постепенное разложение полиса. Во-первых, в ходе многочисленных походов спартанцы увидели жизнь других полисов, в которых граждане находились в гораздо менее суровых условиях. Во-вторых, успешные походы неизбежно влекли за собой накопление богатства внутри Спарты. В силу её особенностей, это также стало губительным фактором. Терпевшие лишения спартанцы теперь проявляли особое стремление к обогащению, процветала преступность и коррупция. Вследствие обогащения полиса в него вернулось и стремление к роскоши. Понимая, что они могут обеспечить себе лучшую жизнь, спартанцы уже не могли держать суровую дисциплину. А Спарта достигла могущества именно за счёт строгого военного распорядка жизни.
Кроме того, постоянные военные походы привели к масштабному сокращению числа полноценных граждан, которых в определённый момент не насчитывалось даже 1000 человек. Однако именно они были в Спарте полноправными землевладельцами. Это значит, что с таким сокращением их числа естественным образом сформировался некий слой олигархов, которые, при этом, были ненавидимы для всего остального, не полноправного спартанского общества. Для того, чтобы пополнить ряды гоплитов, приходилось производить в граждане илотов, которые теперь могли, например, организовать заговор против угнетавших их ранее граждан.
Таким образом, совокупность всех этих факторов привела к вырождению в Спарте как народа, так и правящего класса, а сам государственный строй стал полноценной олигархией, которая не могла эффективно поддерживать господство полиса, основанное на военной мощи[17].
Спартанский полис практически с самого начала своего возникновения пошёл по иному пути развития по сравнению с другими государствами Древней Эллады. Спарта занимала весь юг Пелопоннесского полуострова — Лаконику и Мессению. По характеру поселений она являлась сугубо аграрным государством. Городская жизнь была неразвита. Центр государства — поселение на берегу реки Эврот — представлял собой несколько рядом расположенных деревень. После Мессенских войн, происходивших в VIII—VII веках до н. э., и завоевания Мессении у спартанцев больше не было потребности в приобретении новых территорий. Имевшихся земель вполне хватало. Государство чаще сталкивалось с проблемой «олигантропии» (малолюдья), а не с недостатком земли. Кроме того, попыткам новых завоеваний препятствовала постоянная угроза восстания илотов — покорённых жителей Мессении, находящихся в Спарте на промежуточном положении между рабами и крепостными[18].
Целью дальнейших военных и дипломатических действий спартанцев стало не полное подчинение рядом лежащих полисов, а достижение первенства над ними. В VI веке до н. э. вокруг Спарты сформировалась довольно мощная симмахия — Пелопоннесский союз. Существовавшее положение вещей всех устраивало — Спарта была удовлетворена, что соседние города признают её гегемонию, а сами соседи чувствовали себя спокойнее, имея за собой поддержку профессионального войска спартиатов. В то же время на территории Пелопоннесского полуострова оставался город Аргос, с которым у Лакедемона постоянно возникали конфликты[19].
Одним из важных факторов внешней политики Спарты был религиозный центр древних эллинов Дельфийский оракул[20]. Прорицания пифии воспринимались обычными спартанцами как непререкаемая истина. Это создавало возможность политикам путём воздействия на жрецов манипулировать общественным мнением[21].
Население Спарты состояло из трёх сословий — спартиатов, периэков и илотов, которых современные антиковеды определяют как свободных полноправных, свободных неполноправных и несвободных жителей соответственно. Спартиаты занимали главенствующее положение. Их численность согласно законам Ликурга была определена в 9 тысяч, однако в реальности спартиатов было значительно меньше. Этому сословию было запрещено заниматься сельским хозяйством и ремеслом. Поэтому вся жизнь спартанского гражданина сводилась к военным упражнениям. Таким образом, в отличие от войск других греческих полисов, спартанская армия состояла из воинов-профессионалов. Между ними существовало формальное равенство. Проявления роскоши запрещались; одежда и вообще внешний вид регламентировались. Денежное обращение отсутствовало. Даже обедать жители должны были совместно на общих трапезах, так называемых сисситиях. Как рядовые граждане, так и представители политической элиты получали одинаковые порции пищи. Сама пища была весьма непритязательной. Их любимое блюдо «чёрную похлёбку» другие греки не могли есть без отвращения[22].
Воспитание спартанцев было весьма специфичным. Они жили в обстановке своеобразного «духовного космоса», для которого был характерен ряд черт — религиозность, ориентация на авторитет предков, своеобразный кодекс чести, делавший невозможными сдачу в плен, бегство с поля боя или окружение собственного города оборонительными стенами. Коллектив граждан был подобен военному лагерю даже в мирное время. Такое общественное устройство определялось тем, что только за счёт сплочённости и постоянного поддержания высокой боеспособности спартанцы могли сохранять главенствующее положение среди массы покорённых и враждебно настроенных илотов, которые многократно превосходили их числом[23].
Илоты занимали положение государственных рабов. Каждому спартиату полагалось определённое количество семей илотов, которые занимались обработкой его земли и содержали своим трудом хозяина. В то же время отдельно взятый спартиат не мог распоряжаться илотами по собственному усмотрению (продать, убить, освободить и т. п.), поскольку не являлся их собственником. Акции подобного рода могло осуществлять лишь государство[24]. Периодически на илотов устраивали охоты, которые называлась криптиями. Плутарх описывает их так[25]:
Время от времени власти отправляли бродить по окрестностям молодых людей, считавшихся наиболее сообразительными, снабдив их только короткими мечами и самым необходимым запасом продовольствия. Днём они отдыхали, прячась по укромным уголкам, а ночью, покинув свои убежища, умерщвляли всех илотов, каких захватывали на дорогах. Нередко они обходили и поля, убивая самых крепких и сильных илотов.
Естественно, что в таких условиях илоты ненавидели своих хозяев. Ксенофонт, долгое время живший среди спартанцев, отмечает, что «когда среди них [илотов] заходит разговор о спартиатах, то никто не может скрыть, что с удовольствием съел бы их живьём»[26]. При любом удобном случае рабы восставали. Постоянная угроза со стороны рядом находящихся илотов была одним из факторов консолидации спартанского общества[27].
В конце осени 481 года до н. э. в Коринфе состоялось общегреческое собрание. Перед лицом общей опасности нашествия персов на нём был заключён союз и прекращены междоусобные войны[28]. Верховное командование объединёнными силами греков было возложено на спартанцев.
Основой спартанской политической системы являлась большая ретра, авторство которой приписывается легендарному законодателю Ликургу[24]. Власть апеллы (народного собрания) была ограниченной. В отличие от Афин, спартанское народное собрание не обладало правом законодательной инициативы. Собиралось оно нерегулярно и только утверждало предложенные герусией законы путём простого голосования. Какие-либо дебаты в ней не допускались. В полномочия апеллы также входил выбор членов герусии, которая состояла из 30 человек. В этот законодательный и судебный орган входили 2 царя и 28 избранных геронтов. Геронтом мог стать любой спартиат, достигший 60-летнего возраста[29].
В Древней Спарте одновременно правили два царя — один из рода Агиадов, а другой — Эврипонтидов. Они считались прямыми потомками Геракла и, соответственно, самыми знатными аристократами во всей Элладе. Власть царей была сильно ограниченной и ни в малейшей степени не соответствовала власти абсолютного монарха. Так, данные номинальные верховные правители не могли самолично принимать законы, обладая лишь одним голосом в составе законодательного органа герусии. Цари могли быть наказаны, отстранены от должности, подвергнуты изгнанию и даже казнены[30].
Реальную власть царь получал только вне Спарты, являясь предводителем войска, выступившего в поход. Но даже во главе армии его власть могла ограничиваться специальными приказами — скиталами, отосланными герусией или эфорами. Также в составе армии должно было находиться два эфора. Хотя военное командование оставалось в руках царя, но если он не слушал в походе эфоров и вследствие этого терпел неудачу, то по возвращении из похода он привлекался к суду[30].
Наивысшей властью обладала коллегия из 5 эфоров. Они избирались ежегодно на народном собрании. Именно они обладали правом смещать царя, созывать апеллу и герусию, объявлять набор войска, руководить судопроизводством и управлять практически всеми областями жизни государства[31].
Аристократия:
Народ:
Зависимые земледельцы:
Впервые спартанская армия упоминается в Илиаде. В трактате «Государственное устройство лакедемонян» Ксенофонт подробно рассказывает о том, как была организована спартанская армия в его время.
Вооружение спартанца составляли копьё, короткий меч, круглый щит, шлем, панцирь и поножи. Общий вес вооружения достигал 30 кг. Тяжеловооружённый пехотинец назывался гоплитом. В состав спартанского войска включались и бойцы вспомогательных частей — они формировались из числа илотов и пэриеков, которые были либо рабами спартанских граждан (илоты), либо они были свободны и проживали на территории Спарты, но не имели статуса полноценного гражданина Спарты (пэриеки), чьё вооружение составляло лёгкое копьё, дротик или лук со стрелами. Основу спартанской армии составляли гоплиты, имевшие численность порядка 5-6 тысяч человек.
Что касается конницы, то так называемые «всадники» хоть и состояли из граждан, способных позволить себе покупку и содержание лошади, тем не менее сражались исключительно в пешем строю в составе фаланги, составляя отряд царской гвардии численностью в 300 человек.
В отличие от других греческих государств, спартанцы не имели военных формирований, составленных из любовных пар (как фиванский «Священный отряд»)[34].
Спартиаты в ведении своего хозяйства стремились добиться экономической автономии, а потому здесь в период архаики развивалось множество промыслов.
Поскольку спартанский народ не был заинтересован в постоянных перемещениях, он занимался пашенным земледелием. Этому способствовало и достаточное плодородие местных почв. Основными злаковыми культурами были ячмень, продукты из которого вообще составляли основу спартанского рациона, также, несколько позднее, распространилась полба. Важное место также занимало выращивание льна, который служил не только для употребления в пищу, но и для изготовления одежды. На территории Лакедемона также выращивались виноградники. В дальнейшем именно земледелие пашенного типа стало главенствовать в хозяйстве спартиатов, что способствовало замкнутости экономики, производство в которой было в первую очередь нацелено на внутренний рынок.
Лакедемоняне часто употребляли в пищу свинину и сыр из козьего молока. Именно эти животные активно разводились на территории Спарты и использовались в производстве продуктов питания. Кроме того, их использовали и в ходе религиозных служений для жертвоприношений. Разводили и других животных — лошади и собаки участвовали в охоте, а для вспахивания полей традиционно использовали быков и мулов.
Занятия спартанских ремесленников были тесно связаны с особенностями устройства и основных занятий полиса в целом. Так как постепенно главным становилось военное дело, это обусловило развитие определённых отраслей ремесла. Например, даже производство пурпурной краски главным образом было обусловлено тем, что таким цветом окрашивалась военная форма лакедемонян. В целом, лаконские товары славились своим качеством. Несмотря на низкую художественную ценность, они идеально выполняли свои утилитарные функции. То же самое можно сказать и, например, о лаконской стали. Кроме того, было значительно развито судостроение[35].
Великий спартанский законодатель Ликург, желая побороть у спартанцев стремление к наживе и уравнять их имущественно, вывел из оборота золото и серебро, заменив монеты из драгоценных металлов железными. Это значительно обесценило деньги, а потому, чтобы приобрести внушительную сумму путём, например, кражи, нужно было украсть слишком много, что делало такой путь обогащения затруднительным. То же относилось и к коррупции. Введение железных денег изолировало экономику Спарты от других полисов, где обращались драгоценные металлы, что сделало торговлю с ними затруднительной, а потому лакедемоняне не могли отныне приобрести предметы роскоши не только внутри своего полиса, но и вне его. На первых порах такие меры действительно привели к исчезновению в Спарте слоя слишком зажиточных граждан, уравняли их в имущественном отношении.
Согласно легенде, ущербных и физически обреченных младенцев сбрасывали в ущелье с горы Тайгет[36][37] (своего рода примитивная форма евгеники[36]). Однако некоторые археологи отмечают, что в пропасти, куда якобы сбрасывали спартанских детей, были найдены только взрослые останки, что ставит под сомнение существование такой практики в Спарте[38][39]. С другой стороны, убийство детей (не обязательно путём сбрасывания со скалы) имело место по всей Греции, включая Афины[40].
Воспитание молодого поколения считалось в классической Спарте (до IV в. до н. э.) делом государственной важности. Во многом спартанское воспитание строилось на провозглашённых Ликургом правилах общественной жизни.
Система воспитания была подчинена задаче физического развития граждан-воинов. Среди моральных качеств упор делался на решительность, стойкость и преданность. До 7 лет дети воспитывались т. н. кормилицами. Чтобы все были воспитаны одинаково дисциплинированными, спартанское государство не позволяло родителям воспитывать детей на своё усмотрение. С ранних лет они росли вместе, их приучали к стойкости, кормили одинаковой простой пищей, а главной целью воспитания на этом этапе было обеспечить наилучшее развитие организма ребёнка.
С 7 до 20 лет сыновья вольных граждан жили в интернатах военного типа. Помимо физических упражнений и закаливания, практиковались военные игры, занятия музыкой и пением. Вырабатывались навыки чёткой и краткой речи («лаконичной» — от Лакония). Все дети в Спарте считались собственностью государства. Суровое воспитание, ориентированное на выносливость, и сейчас называют спартанским. В воспитании мальчиков, а затем уже юношей, не последнюю роль играли старейшие и мудрейшие члены спартанского общества. Когда мальчики были совсем маленькими, эти люди выступали не только в качестве наставников, но и наблюдателей. При этом, они могли спровоцировать между воспитанниками драку, чтобы таким образом выявить наиболее сильных и ловких детей. В дальнейшем они посещали и учебные заведения, контролируя юношей и передавая им свою житейскую мудрость.
Кроме того, тренировки в Спарте выполняли и женщины. Ликург, установивший такой порядок, считал подобную практику благом для государства. Во-первых, благодаря тренировкам женщины, по его мнению, рожали наиболее здоровых воинов. Во-вторых, суровый образ жизни приучал их к дисциплине, принуждал отказаться от привычной им «распущенности». Женщины тренировались нагими наравне с мужчинами, и это не носило под собой никакого дурного подтекста, а воспринималось в Лакедемоне как обычное дело.
Ликург, установивший и основные правила быта, стремился в первую очередь побороть в гражданах стремление к роскоши. Во-первых, он осуществил передел собственности: она была изъята у всех спартанцев и поделена заново, уже поровну. Во-вторых, он боролся с излишествами в домостроении и установил жёсткие правила постройки домов, полагая, что простое, но удобное жилище не захочется перегружать предметами роскоши. Той же цели, по всей видимости, служили и учреждённые им общественные трапезы. Так как в ходе них все были на виду у друг друга и ели одну и ту же пищу, выделиться становилось невозможно.
Весьма оригинальным образом Ликург устроил процедуру заключения брака и последующий порядок семейной жизни, который также должен был воспитывать дисциплину и воздержанность. Молодые муж и жена не жили вместе и сходились только по ночам и при условии, что их никто не заметит. Большую часть времени они продолжали жить раздельно — мужчина с товарищами, аналогично и женщина. По мнению законодателя, это позволяло, с одной стороны, учиться быть воздержными, а с другой — способствовало сохранению чувств.
Кроме того, так как приоритетом лакедемонского государства было взращивание наиболее пригодных для военного дела юношей, для мужа, который не отличался крепким здоровьем или был уже пожилым, было абсолютно нормальным уступить свою супругу другому, более молодому и физически сильному спартиату, чтобы и он мог оставить сильное и выносливое потомство. Таким образом, отношение к браку в Спарте было утилитарным[41].
Жизнь полноценных граждан Спарты и сословия периэков существенно различалась. Именно последние занимались ремеслом и торговлей, тогда как первым это делать запрещалось. Спартанцы в свободное от войны время должны были помогать старшим в воспитании молодёжи, посещая учебные заведения, вести беседы о доблести и добродетелях, дабы не быть обременёнными страстью к наживе. Как пишет Плутарх, до 30 лет им и вовсе нельзя было появляться на рыночной площади. Кроме того, до 30 лет они продолжали жить отрядами, ведя совместный быт со своими товарищами.
Для спартанцев как для, в первую очередь, военных, важнейшей ценностью были почести. Победителям и отличившимся в ходе военных действий полагалось оказывать различные знаки почёта, и это заменяло им материальное вознаграждение, так как добыча с войны была полностью под контролем государства и распределялась им. Проявивших трусость ждали различного рода лишения и ограничения[17].
Похороны в Спарте также не сопровождались пышными церемониями, отвечали идеалу сдержанности. Желая побороть в спартанцах страх смерти, Ликург установил порядок, согласно которому людей хоронили непосредственно в городе, у храмов, чтобы кладбища не становились заповедной пугающей территорией, с которой были бы связаны какие-то суеверия. Покойного хоронили скромно, в могилу не клали ничего, кроме веточки оливы, которая обвивала плащ пурпурного цвета, в который оборачивали тело. Траур длился всего 11 дней.
Расцвет спартанского искусства пришёлся на период греческой архаики. Археологические раскопки, проведённые на территории Спарты в районе святилища Артемиды Орфии, позволили исследователям обнаружить разнообразные артефакты, свидетельствовавшие о том, что архаическая Спарта в отношении искусства ничуть не отставала от других полисов: были найдены и расписные вазы, как геометрического, так и чернофигурного стиля, разнообразные ювелирные изделия, статуэтки, использовавшиеся, по-видимому, в культовых обрядах. Подтверждением того, что в архаический период Спарта развивалась подобно остальным полисам, служит и то, что в этом же святилище были найдены вазы ориентализирующего стиля, в росписях которых заметно восточное влияние. Это означает, что архаическая Спарта не была изолирована и была так же вовлечена в международную торговлю.
Лишь затем, уже в период перехода ранней классики, наблюдалась постепенная деградация искусства, в особенности после установления строя Ликурга, так как материальное производство всё больше подчинялось военным и бытовым нуждам.
В период расцвета одним из направлений в искусстве Спарты были т. н. терракоты — различные статуэтки из одноимённого вида глины. Лаконские терракотовые фигурки отличались совершенством техники исполнения, обработки материала, однако сами изображаемые люди отличались непропорциональностью черт лица, их грубостью, общей непривлекательностью. Исследователи также отмечают, что в исполнении терракотовых статуэток в Спарте заметно стремление подражать коринфским мастерам[42].
Исследователи также располагают большим количеством фигурок и различных предметов, относящихся к VII—VI вв. до н. э., сделанных из свинца и предназначавшихся для религиозных обрядов. Такой вид изделий был популярным именно в Спарте и, судя по всему, свинцовые вотивные предметы были призваны заменить аналогичные из более дорогих металлов. Среди них встречаются кольца, серьги, печати, а также небольшие решётки неизвестного назначения. Кроме того, было найдено и большое количество отлитых из свинца фигурок, изображавших различных божеств, но в основном богиню Артемиду Орфию, так как именно ей было посвящено святилище, в котором они и были найдены. Фигурки отличаются примитивностью изображения, волосы и одежда выполнены весьма условно, а голова обычно непропорциональна с явно преувеличенными чертами лица. Они крайне схожи между собой в основных мотивах, а потому исследователи полагают, что в изготовлении этих статуэток существовал некий канон.
Помимо божеств, данные фигурки изображали и людей. Было найдено довольно большое количество свинцовых воинов — гоплитов, лучников, а также музыкантов и танцоров. Гоплиты обычно изображались заслонёнными щитом, стоящими в профиль, а лучники, также изображённые боком, присевшими на одно колено и натянувшими тетиву. При этом, фигуры людей были схематичными, примитивными. Также встречаются и свинцовые фигурки различных реальных и мифических животных.
Широкое распространение в Спарте получили также изделия из слоновой кости. Исследователи полагают, что подобный вид декоративно-прикладных изделий пришёл в Лакедемон из Сирии. Данные фигурки представляют особый интерес учёных, которые выделяют несколько их стилей в хронологической последовательности. Основными группами, на которые можно разделить эти фигурки, являются рельефные изображения и объёмные изделия. Первые по мастерству их исполнения заметно превосходили последние. В основном из слоновой, а иногда и из костей других животных, изготавливались фигурки различных животных, сидящих парами и поодиночке людей, божеств. Самыми ранними исследователи считают именно изображения животных, причём преимущественно домашних, а также львов. Кроме того, из этого материала изготавливались различные бытовые предметы. Это были и украшения, в первую очередь подвески, и гребешки для волос, и даже специальные приспособления для окрашивания бровей. Основная масса подобных изделий, найденных археологами, относится к VII—VI вв. до н. э., затем традиция резьбы по слоновой кости довольно скоро исчезла[42].
Расцвет лаконской вазописи относится к VI веку до н. э., но уже со второй его половины началась её деградация. Исследователи, в попытках разделить спартанское искусство расписной керамики, опираются либо на сам стиль росписи, либо на её качество. Первые отмечают, что до какого-то момента в орнаментах преобладали геометрические мотивы, а затем появились растительные, вторые — что условно со второй половины VI в. наблюдается довольно стремительное ухудшение качества керамики.
В целом, лаконская вазопись безусловно испытывала влияние афинской и коринфской традиций росписи керамики, так как именно Афины и Коринф были, собственно, центрами античной вазописи в тот период. Однако работы спартанских мастеров имели и свои, характерные особенности. Ярким примером такого своеобразия является попытка в точности изобразить плоскостное изображение на выпуклой части вазы. Если в Аттике роспись адаптировалась под форму сосуда, то лаконские мастера стремились искусственно создать прямоугольные рамки для изображения. Кроме того, для лаконской вазописи был характерен т. н. «страх пустого пространства», свойственный ориентализирующему стилю, когда мастер стремится расписать всю поверхность сосуда.
В период расцвета спартанской вазописи здесь развивался чернофигурный стиль. Одними из ярких произведений, относящихся к нему, являются работы, принадлежащие мастеру Аркесилая и мастеру Охоты. Это условные названия групп ваз, росписи которых исследователи приписывают одному человеку на основании в первую очередь схожести стиля. Работе первого мастера принадлежит, в первую очередь, роспись т. н. «Вазы Аркесилая», на которой изображена сцена из жизни названного царя. Данная работа отличается сложностью композиции, наличием нескольких героев, участвующих в действе. Несмотря на анатомические неточности и ошибки в изображении людей, роспись признаётся исследователями как один из выдающихся примеров вазописи эпохи Архаики. Более совершенными в анатомическом отношении являются фигуры людей, изображённые в росписях мастера Охоты. Они гораздо более реалистичны и динамичны. Сами тела людей более объёмны, мускулы прорисованы отчётливо. Судя по работам этого мастера, спартанские вазописцы испытывали сильное влияние коринфской традиции[42].
В качестве основных сюжетов лаконской вазописи выступали сцены из греческой мифологии, жизни царей, героев, воинов, сражений. Часто можно увидеть изображения охоты, встречаются всадники. Однако в росписях лаконского происхождения абсолютно отсутствуют бытовые сюжеты, которые позволяли бы что-либо сказать о жизни спартанцев в тот период. Кроме того, внимание мастеров не привлекали и состязания атлетов, и сцены реальных сражений. Изображения же всадников носили скорее абстрактный, мифологический характер. Это представляется несколько странным для Спарты как для, в последующем, главного военного центра Эллады.
Исследователи не пришли к единому мнению относительно места лаконской вазописи среди других центров росписи. Несомненно, она испытывала мощное влияние, главным образом, со стороны Коринфа, который в тот период был главным центром вазописи во всей Древней Греции. На основании этого ряд исследователей заключают, что спартанская вазопись не была самостоятельной, и Спарту нельзя считать конкурентом передовых центров. Действительно, в некоторых аспектах лаконская роспись была архаична, а в своём мастерстве спартанцы в целом уступали коринфянам. Однако в их росписях присутствовали и свои характерные черты, которые позволяют говорить о формировании собственной школы[42].
Поэзия и музыка играли важнейшее значение в воспитании спартанцев. Считалось, что правильный — дорийский — лад музыки и определённые приёмы стихосложения поддерживают строгость духа, помогают соблюдать дисциплину. Именно поэтому какие-либо нововведения в этих сферах искусства были запрещены. Поэзия носила ярко выраженный нравоучительный и патриотический характер, в ней воздавались почести героям и богам. Известными поэтами, писавшими и спартанские гимны, были Терпандр, Алкман, Тиртей и др. Музыка должна была прежде всего воодушевлять молодых людей, так как они занимались ею не только в мирное время, но и в военное — спартанская армия шла в бой под специально написанный для таких случаев Касторов напев. Наиболее востребованными инструментами были флейта и кифара[17].
Самое значимое наследство Спарта оставила в военном деле. Дисциплина — необходимый элемент любой современной армии.
Значительное влияние Спарта оказала и на гуманитарные сферы человеческой жизни. Спартанское государство — прообраз идеального, по мнению Платона, государства, описанного в его «Диалогах». Отвага «трехсот спартанцев» в битве при Фермопилах была темой многих литературных произведений и современных кинолент. Слово лаконичный, означающее немногословного человека, происходит от названия страны спартанцев Лаконии.
Небольшие этнические группы греков такие как маниоты и цаконы, считаются потомками древних спартанцев как в плане нравов так и в плане культуры. Эти две группы проживают на юге Пелопоннесса и по сей день.
Seamless Wikipedia browsing. On steroids.
Every time you click a link to Wikipedia, Wiktionary or Wikiquote in your browser's search results, it will show the modern Wikiwand interface.
Wikiwand extension is a five stars, simple, with minimum permission required to keep your browsing private, safe and transparent.