Loading AI tools
Из Википедии, свободной энциклопедии
Изнасилование и убийство 22-летней девушки Терезы Элены де Симон произошло в Саутгемптоне (Великобритания) у паба Tom Tackle в 1979 году. Расследование преступления, арест подозреваемого Шона Ходжсона, его осуждение, длительное тюремное заключение, освобождение и реабилитация вызвали большой резонанс в британском обществе. Судебная ошибка стоила Ходжсону двадцати семи лет заточения — это наиболее продолжительный несправедливый приговор в истории британского правосудия[1][2][3]. Ходжсон был арестован после трёх лет следствия по делу. По итогам допроса, занявшего 15 дней, было установлено, что Ходжсон является патологическим лгуном. В ходе допроса он признался в совершении множества других преступлений, включая те, которые он не мог совершить физически, и те, которые не имели места вовсе[2]. В 1982 году суд присяжных вынес Ходжсону обвинительный приговор и приговорил его к пожизненному заключению.
В результате апелляции Ходжсона британская Комиссия по пересмотру уголовных дел[прим. 1] инициировала проведение операции «Айсберг». В ходе операции уголовные дела о преступлениях сексуального характера и убийствах, закрытые до 1990 года, должны были быть дополнены результатами ДНК-анализа[4]. Итогом деятельности исследователей стал пересмотр около 240 приговоров. По требованию Комиссии Королевская прокурорская служба занялась поиском и дополнительным расследованием тех дел об убийстве, которые были закрыты ещё до появления данной технологии. Ходжсон был реабилитирован и освобождён из тюрьмы в марте 2009 года.
В 1983 году в полицию обратился некий Дэвид Лейс, который признался в изнасиловании и убийстве Терезы де Симон (на момент убийства ему было 17 лет), однако полицейские не поверили в подлинность его показаний. Он покончил с собой в декабре 1988 года[5]. В сентябре 2009 года на основе результатов тестов ДНК, изъятой из эксгумированного тела Лейса, полиция назвала его наиболее вероятным убийцей Терезы де Симон[6].
Сам же Шон Ходжсон умер 27 октября 2012 года от эмфиземы спустя 3 года после своего освобождения[7].
Вечером 4 декабря 1979 года 22-летняя Тереза де Симон завершала свой трудовой день — она подрабатывала барменшей на полставки в пабе Tom Tackle (ныне — The Encore), расположенном на Коммёршл-роуд в Саутгемптоне[ап. 1][8]. Параллельно она работала клерком[ап. 1] в офисе газовой компании Southern Gas Board[9]. Ко дню убийства она числилась в штате паба менее месяца; работа занимала у неё 2 вечера в неделю. Работа в пабе, по мнению де Симон, должна была расширить её круг общения и помочь оплатить купленный три месяца назад «Форд Эскорт»[ап. 1][10]. Паб располагался в центре города, всего в пятидесяти ярдах (46 метрах) от полицейского участка и судов[9]. Неподалёку находились городской вокзал и театр «Гомо́н» (ныне — театр «Мейфлауэр»)[11]. В 23 часа, по окончании смены в пабе она в компании своей подруги Дженни Севедж[ап. 1][9] направилась в ночной клуб на Лондон-роуд[12]. Несмотря на то, что клуб находился недалеко от паба, девушки решили проехаться на машине Севедж, в то время как «Форд» Терезы остался на крытой стоянке паба[ап. 1][10].
Де Симон провела вечер на дискотеке вместе с Севедж, где не употребляла никаких спиртных напитков[ап. 1]. Они ушли из ночного клуба вместе, и Севедж подвезла де Симон обратно на парковку у паба в период между 00:30[10] и 01:00[ап. 1] 5 декабря. В своих показаниях Севедж утверждала, что по приезде на стоянку они некоторое время разговаривали в машине, после чего де Симон ушла к своему «Форду», а Севедж развернулась и уехала[10][13]. Она стала последним из свидетелей, видевших де Симон до убийства[13].
Когда мать де Симон Мэри Седотти обнаружила, что дочь не вернулась домой даже к утру, она сообщила о своём беспокойстве мужу Майклу, приходившемуся Терезе отчимом. Он доехал до парковки паба, где увидел по-прежнему припаркованный «Форд» и прекратил дальнейшие поиски[13]. К 10 часам утра в помещение паба должен был прибыть грузовой транспорт. Владелец Tom Tackle Энтони Покок, встречавший поставку[14], обнаружил, что въезд перегораживает машина де Симон. Решив, что она намеренно оставила автомобиль на парковке, он попытался передвинуть «Форд»[ап. 2], когда и заметил полураздетое тело сотрудницы на заднем сидении[ап. 2][15]. Покок незамедлительно вызвал полицейских[ап. 2].
В 11:45 на предполагаемое место преступления прибыл патолог[ап. 2]. В его отчёте сообщалось, что «умершая лежит на спине, нога согнута в бедре и колене, причём колено упирается в спинку сидения; левое бедро пролегает по краю сидения, нога висит над краем. Тело обнажено ниже талии, открыта левая грудь. Обрывок колгот спущен до левой лодыжки. Остатки белья и другой обрывок колгот найдены в пассажирском углублении.»[ап. 2][прим. 2] Было установлено, что смерть наступила между 1 и 2 часами ночи 5 декабря[10]. Детектив, подполковник полиции Джон Портер заявил тогда, что с «вероятностью в 99 % убийство, нападение, разговор или встреча с убийцей состоялись в считанные секунды после отбытия Дженни Севедж. Возможно, он находился в ожидании и увидел, что Дженни уезжает. Вероятно, что он действительно сидел в машине Терезы, так как мы установили, что ближняя [пассажирская] дверь не была закрыта»[10][прим. 3].
Во рту жертвы присутствовала «белая, пенистая слизь»[ап. 3][прим. 4], на основании чего патолог определил, что смерть наступила в результате «длительного, медленного удушения»[ап. 3][прим. 5]. На шее де Симон при осмотре были констатированы множественные гематомы и ссадины, имеющие горизонтальное направление. Характер повреждений указывал на то, что в качестве удавки могла быть использована золотая цепочка с распятием, которую, как сообщалось, де Симон надела в тот вечер[ап. 3][11][16]. Таблоиды окрестили ещё не найденного преступника «Распятным убийцей» (англ. Crucifix Killer)[17][18]. Цепочка не была обнаружена ни на теле де Симон, ни когда-либо позже[11][ап. 4].
Во влагалище жертвы находилась сперма. Её концентрация свидетельствовала о том, что она могла находиться там не более трёх или четырёх часов до момента смерти[ап. 3]. Так как хронология всех предшествовавших событий была известна, следственные органы предположили, что сперма могла принадлежать лишь самому убийце[ап. 3]. Гематомы и разрывы, присутствовавшие на гениталиях, показывали, что соитие происходило не по обоюдному согласию[ап. 3]. Патолог взял у жертвы несколько вагинальных, ректальных и оральных образцов, на основе которых было выяснено, что насильник обладает второй или четвёртой группой крови[ап. 3][13]. Другие образцы были взяты с одежды де Симон и с поверхностей машины[19].
В разных местах неподалёку от сцены убийства были найдены кожаная сумка и личные вещи де Симон, в том числе её дневник[ап. 4]. Ключи от «Форда», наручные часы Rotary, два ожерелья, три кольца и браслет, принадлежавшие убитой, не были найдены[11].
Следствие возглавил подполковник Джон Портер из городского уголовного розыска. На протяжении двенадцати месяцев расследования полиция «допросила 30000 человек, приняла 2500 заявлений и установила слежку за 500 людьми, находившимися в окрестностях убийства в ту ночь. В определённый момент список подозреваемых включал 300 человек»[10][прим. 6]. Несмотря на то, что преступник забрал некоторые вещи де Симон, полиция отвергла версию ограбления. По мнению правоохранительных органов, это было лишь отвлекающим манёвром, а девушка стала жертвой «ужасного изнасилования жестоким и беспощадным убийцей»[10]. Полиция получила два анонимных письма, штемпелёванных от 12 и 27 декабря в Саутгемптоне — в них содержалась информация о местоположении преступника. Личность автора так и не была установлена, и в свете последовавшего ареста Ходжсона полицейские решили, что письма являются мистификацией[11]. Через девять месяцев после убийства, когда Ходжсон находился под стражей в связи с другим обвинением[ап. 5], в полицию поступили два также анонимных телефонных звонка, содержание которых составляло признание в убийстве де Симон. Издание Southern Daily Echo опубликовало следующее заявление Портера: «Звонки поступили от человека, который сообщил о совершении убийства. Он оставил впечатление серьёзно напряжённого человека и просил помощи и совета. Характер разговора был таков, что, по нашему мнению, существует вероятность подлинности этих звонков»[10][прим. 7].
Шон Ходжсон, также известный под именем Роберт Грэм Ходжсон, родился в городе Тау-Ло в графстве Дарем. Его персона впервые привлекла внимание полицейских 6 декабря 1979 года, когда он был арестован в Саутгемптоне по несвязанному обвинению в краже из транспортного средства[ап. 6]. Ходжсон тогда находился в городе всего два дня[ап. 6]. 7 декабря он подал заявление, где обвинял в убийстве другого человека. Наводка оказалась ложной, поскольку указанный человек обладал первой группой крови[ап. 7]. 9 декабря Ходжсону предъявили обвинение в краже, и он снова оказался под стражей. Несколько раз детективы допрашивали его по делу де Симон[ап. 7]. Его нахождение в момент убийства оставалось неподтверждённым. Кроме того, у него была вторая группа крови[ап. 7].
Ходжсон вырос в большой семье, в одиннадцать лет попав в колонию для несовершеннолетних[20][21]. Тем не менее, один из его одноклассников описывал Ходжсона как нормального подростка, арест которого шокировал близких[22]. До ареста Ходжсон имел «многократные судимости за правонарушения, связанные с нечестностью и обманом, а также правонарушения, касавшиеся автомобилей. Одна из судимостей была связана с противоправным соитием, другая — с обладанием оружием. Тем не менее, судимостей за насильственные преступления не было. Вне всяких сомнений, уже тогда он был неспокойной личностью, в прошлом серьёзно навредившей себе»[прим. 8]. Впоследствии стало известно, что в 1978 году он, пройдя несколько случаев передозировки, посещал клинику. Специалисты говорили о наличии у него «серьёзного расстройства личности»[прим. 9] и называли его «компульсивным лгуном»[ап. 8][прим. 10]. 16 мая 1980 года он признал себя виновным в краже в Саутгемптоне и был отпущен под условный залог[ап. 5]. 4 июня он был арестован в Лондоне, где был обвинён в совершении других правонарушений. 14 июля того же года он был приговорён к трём годам тюремного заключения. В ходе процесса он признался в совершении «большого числа относительно незначительных правонарушений»[прим. 11], хотя он, очевидно, не мог совершить их все — некоторые из упомянутых преступлений были совершены во время его пребывания под стражей[ап. 5].
11 декабря 1980 года Ходжсон подал запрос о встрече со священником, отцом Фрэнком Мораном[16]. Он признался Морану в том, что видит кошмары, а лицо убитой им женщины «продолжало навещать его»[прим. 12][ап. 9][16]. Ходжсон говорил о неком другом убийстве, которое произошло в Саутгемптоне в прошлом году, и оно «особенно беспокоило его, поскольку состоялось примерно в годовщину смерти де Симон»[ап. 9][прим. 13]. На следующий день он повторил признание тюремному офицеру[ап. 10] и через некоторое время написал заметку, где, в частности, говорил: «…теперь я сожалею, что мёртв не я, а тот человек, которого я убил у паба Tom Tackle… Я совершил убийство, зачем — не знаю. Итак, всё, что я могу сказать: пусть свершится правосудие.»[ап. 11][прим. 14]
В течение следующих двух недель Ходжсон сделал ещё ряд признаний. Он был перевезён в Саутгемптон; там Ходжсон показал следователям, где именно он избавился от некоторых вещей де Симон[ап. 12]. В те годы аудиозапись полицейских допросов осуществлялась не в каждом случае, и к 2009 году значительная часть оригинальных полицейских материалов по делу оставалась ненайденной[23]. Тем не менее, известно, что в показаниях Ходжсона были детали, которые могли быть известны только ответственному за преступление человеку или следователям по делу де Симон[ап. 13]. Хотя убийство и вызвало интерес журналистов, полицейские оставили в тайне многие существенные подробности дела[ап. 14]. На судебном процессе эти подробности были названы «секретными деталями»[ап. 15][прим. 15]. Неизвестно и то, сообщали ли следователи некоторые из этих подробностей самому Ходжсону[ап. 13][ап. 15].
25 декабря Ходжсон написал очередное признание, утверждая, что он убил человека в лондонском районе Ковент-Гарден. 27 декабря он заявил об убийстве гомосексуала в квартире на севере британской столицы. Следственные действие показали, что признания были ложными — ни одно из этих преступлений не совершалось[ап. 16].
« | Я хотел бы сказать присяжным, что не могу выйти к свидетельской кафедре потому, что я патологический лгун. Во-вторых, я не убивал Терезу де Симон. В-третьих, всякий раз, когда полиция доставляла меня в участок, а это было много раз, я делал ложные признания в преступлениях, которые не совершал, и это та причина, по которой я не выхожу к кафедре. | » |
— Не связанное судебной клятвой заявление Ходжсона[8][ап. 17][прим. 16]. |
Процесс по делу де Симон проходил в Винчестерском суде в 1982 году[ап. 18]. Заседания продолжались 15 дней, в ходе которых Ходжсон предпочёл не давать показаний и не подвергаться перекрёстному допросу.
Интересы Ходжсона представлял королевский адвокат Робин Грей. Обратившись к присяжным, он пояснил, что компульсивная ложь подзащитного привела к признанию им двухсот преступлений, среди которых были никогда и никем не совершённые убийства[2]. По версии государственного обвинения, Ходжсон «под действием алкоголя ворвался в машину убитой с намерением угнать её, однако затем заснул на заднем сидении. Когда убитая вернулась к машине, она положила сумку на заднее сидение и задела [его]. Он схватил её за заднюю часть джемпера, скрутил его и задушил её, а когда она была мертва или умирала, он изнасиловал её, сорвав бельё и колготы с такой силой, что одна половина колгот оторвалась от другой. Затем он покинул место преступления, забрав несколько вещей убитой.»[ап. 19][прим. 17] Обвинение во многом опиралось на собственные признания Ходжсона. 5 февраля, в 11 часов утра присяжные удалились для обсуждения приговора. Обвинительный вердикт был вынесен к четверти третьего часа того же дня[ап. 17].
Судья Джастис Шелдон сказал Ходжсону: «Это приговор, с которым я полностью согласен. У меня нет никаких сомнений, что вы были виновны в этом ужасающем, страшном преступлении — убийстве этой девушки»[16][прим. 18].
Ходжсон подал апелляцию, однако в силу его признаний, возможной осведомлённости о «секретных деталях» и отказа взять слово на суде заявка была отклонена[ап. 20]: «В 1998 году адвокаты, в то время представлявшие апеллянта, подали запрос в Судебно-медицинскую научную службу, желая выяснить, доступны ли вещественные доказательства, связанные с убийством. Предположительно этот запрос был сделан для того, чтобы понять, возможно ли дальнейшее исследование. Запрос провалился. Ответ Судебно-медицинской научной службы, как нам известно ныне, состоял в том, что ни одно из вещественных доказательств не сохранилось.»[прим. 19] Здоровье Ходжсона, находившегося тогда в тюремном госпитале, заметно ухудшилось, и адвокат, лишённый дальнейших инструкций, прекратил работу над запросом[19].
Ходжсон продолжал говорить о своей невиновности. В Великобритании лица, приговорённые к пожизненному заключению за убийство, имеют право обратиться в Совет по условно-досрочному освобождению лишь по истечении некоторого фиксированного срока, длительность которого составляет в среднем 14 лет[24]. Тем не менее, систематические заявления приговорённых о собственной невиновности считаются «надёжным индикатором сохраняющегося риска [рецидива]»[25][прим. 20], поэтому таким заключённым отказывают в условно-досрочном освобождении[25].
В марте 2008 года Ходжсон откликнулся на объявление в издании Inside Time, предназначенном для заключённых: заметку разместили адвокаты мейфэрской конторы Julian Young and Co., специализировавшиеся на проведении апелляций[26][27]. Взявшись за дело, юристы столкнулись с рядом трудностей. В частности, Раг Чанд четыре месяца разыскивал тампоны с образцами, которые по утверждениям Судебно-медицинской научной службы были уничтожены по меньшей мере десять лет назад[19][27].
Так как полиция заявляла об утере документов по делу, а главного следователя уже не было в живых, Чанд во многом полагался на газетные вырезки того периода[19][23]. Чанд, защищавший Ходжсона по принципу pro bono, говорил о своей деятельности следующее: «Этот поиск стал самым сложным делом, с которым я сталкивался в личной и профессиональной жизни. Это было подобно поиску иголки в стоге сена. Я потратил месяцы в погоне за ложными намёками и беспощадной бюрократией, но я не был готов смириться с этим, ведь инстинкт говорил мне, что образцы где-нибудь найдутся. Я выстоял потому, что шестое чувство подсказывало, что что-то не так.»[19][28][прим. 21] Спустя некоторое время поиски Чанда увенчались успехом: архив со свидетельствами был найден в одном из промышленных зданий региона Мидлендс — «судя по всему, о них забыли»[19][прим. 22]. В архиве, среди прочего, находились все образцы, взятые патологом в декабре 1979 года. В декабре 2008-го Королевская прокурорская служба уведомила юристов Ходжсона о первых итогах ДНК-анализа. 30 января следующего года было окончательно установлено, что сперма на тампонах 1979 года не принадлежала Ходжсону[ап. 21][1].
Рассмотрением дела занялась Комиссия по пересмотру уголовных дел. 26 февраля 2009 года Особый криминальный отдел Королевской прокурорской службы проинформировал членов Комиссии о том, что орган не будет препятствовать апелляции. Дело было направлено в Апелляционный суд, отменивший приговор благодаря результатом ДНК-анализа. Решение от 18 марта 2009 года вынес Лорд главный судья Айгор Джадж. В его заключении сообщалось: «Данное решение оставляет [без ответа] некоторые важные, оставленные открытыми вопросы. Возможно, самый главный из них состоит в том, что мы не знаем, кто изнасиловал и убил покойную девушку. Мы можем во имя апеллянта и семьи убитой девушки надеяться на то, что её убийца может быть установлен и привлечён к ответственности. Но всё, что мы можем сделать сейчас — это аннулировать приговор. Он, следовательно, отменяется. С апеллянта будут сняты обвинения. Другого процесса не будет.»[ап. 22][прим. 23]
Ходжсон, несправедливо находившийся в заточении 27 лет, покинул Королевский судный двор вместе со своим братом Питером[27]. Робин Грей, адвокат Ходжсона на процессе 1982 года, встретил освобождённого и пожал ему руку[19]. Грей сказал: «Как человек я рад, что у нас больше нет высшей меры наказания. Как адвокат защиты я не вытащил его, и из-за этого я испытываю горечь.»[19][прим. 24]
Ходжсон отбыл наиболее длительный срок среди ошибочно осуждённых подданных Великобритании[2]. Он мог рассчитывать на компенсацию в размере одного миллиона фунтов[1][2] или даже большую сумму денег[2]. По инициативе двух британских парламентариев, желавших преодолеть бюрократическую волокиту в данном вопросе, в фонд компенсации поступил промежуточный платёж в размере 250 тысяч фунтов[29]. Фонд обладал законодательной защитой от действия всякого рода мошенников[3]. Проведя длительное время в тюрьме, Ходжсон стал страдать шизофренией и депрессивным расстройством. Пока он находился в заключении, его личность была украдена, что осложнило его доступ к страховым и жилищным правам[27].
В декабре 2010 года Ходжсон вновь оказался в изоляторе, ожидая суда по делу о насильственных действиях сексуального характера в отношении 22-летней женщины с замедленным развитием. Преступление было совершено в даремском городе Бишоп-Окленд в августе 2010 года[30][31][32]. 3 марта 2011 года в Даремском королевском суде Ходжсон признал свою ответственность за некоторый сексуальный контакт, однако отверг обвинения в изнасиловании. Дэвид Крук, представлявший сторону обвинения, сказал об отсутствии каких-либо доказательств насилия, в результате чего данный пункт был снят с рассмотрения. Адвокат Ходжсона Джулиан Янг сказал: «Ошибочное заключение моего клиента на 27 лет разрушительно сказывалось на его жизни с тех пор, как он был освобождён от обвинений в убийстве, которого не совершал, [и он] испытывал ряд личностных проблем, в том числе некоторую степень злоупотребления алкоголем.»[прим. 25] Ходжсон находился под стражей ещё некоторое время, поскольку судья Джастис Принс пожелал ознакомиться с отчётами о потенциальной опасности подозреваемого[33]. 13 мая 2011 года Ходжсон был приговорён к трём годам обязательных работ[34]. Так как Ходжсон находился в изоляторе уже 156 дней, судья предложил ему освобождение от наказания в обмен на психиатрическое лечение. В ответ на это королевский адвокат Мартин Хеслоп, защищавший Ходжсона, заявил о том, что клиент возмущён работой уголовной системы, отклонив предложение[35].
Приговор по делу де Симон был пересмотрен в связи с появлением новых следственных методов, связанных с исследованием ДНК подозреваемого. Данные следственные действия, коснувшиеся и других давних уголовных дел, стали известны как операция «Айсберг» (англ. Operation Iceberg). 25 марта 2009 года Главный детектив-инспектор Фил Мактэвиш, возглавлявший следствие, заявил, что ДНК убийцы не был обнаружен в национальной базе данных[23]. Мактэвиш сказал: «Местонахождение ряда ключевых свидетелей уже установлено, они допрошены и сотрудничают со следствием. На данный момент все лица, прошедшие проверку, исключены [из числа подозреваемых] на основании ДНК-профиля. Мы проверим столько людей, сколько сочтём необходимым.»[23][прим. 26] 11 августа того же года Мактэвиш заявил, что личность главного подозреваемого установлена. «В то время как работа по сбору максимального объёма ДНК-доказательств продолжается, подающая запросы команда уверена, что находится на верном пути и, надеемся, может быть близка к разрешению этого убийства тридцатилетней давности»[37][прим. 27].
Подозреваемый, впоследствии идентифицированный как Дэвид Лейс, был обнаружен во время поиска по базе ДНК. Профиль убийцы частично совпадал с профилем родственника подозреваемого. Ещё один образец был взят у другого родственника, который не числился в базе — подобный метод известен под названием «семейный поиск» (англ. familial searching)[38]. Изначально полиция отказывалась открыть личность нового подозреваемого; правоохранительный органы сообщили лишь то, что в 1988 году этот человек покончил с собой, а в 1983 году подозреваемый, находясь в изоляторе в связи с другим обвинениям, признался в убийстве де Симон — признание было сделано спустя полтора года после самообличения Ходжсона. 12 августа 2009 года тело подозреваемого, захороненного в Портсмуте, было эксгумировано с целью сравнения профиля ДНК — тестирование указало на точное соответствие. Мактэвиш сказал: «Данное свидетельство подтверждает участие [Лейса] в изнасиловании и убийстве Терезы де Симон, и мы больше никого не ищем в связи с этим делом.»[6][прим. 28] Согласно представителю гемпширской полиции, прорыв в расследовании стал возможен исключительно благодаря развитию судебно-медицинской науки. Также сообщалось, что тестирование займёт шесть недель, после чего материалы могли быть переданы Королевской прокурорской службе. Посетители кладбища в Портсмуте утверждали, что за могилой эксгумированного никто не следил; там не было даже надгробия[39].
Полиция сообщила, что после Ходжсона в совершении данного преступления признались семь человек, включая нового подозреваемого. По мнению адвоката Ходжсона Джулиана Янга эти признания были крайне важны для следствия — они могли способствовать более раннему освобождению его подзащитного. По собственному утверждению, Янг был шокирован бездействием полиции в этом вопросе. «Если эти признания действительно не привлекли внимания полиции или не были переданы юридической команде мистера Ходжсона или мне как представителю апелляции, это удивительно и весьма печально. Это может актуализировать серьёзные вопросы о методах работы полиции и об их неспособности или нежелании раскрывать свидетельства. Я не знал, что семь человек сделали признание. Это было бы крайне уместным свидетельством.»[39][прим. 29]
Дэвид Эндрю Лейс, урождённый Дэвид Эндрю Уильямс, родился 2 сентября 1962 года в Портсмуте и провёл долгие годы в медицинских и исправительных учреждениях. Его характеризовали как одиночку с агрессивным нравом[40]. Попав в приёмную семью ещё ребёнком, он принял фамилию новых родителей[41].
В ноябре 1977 года пятнадцатилетний Лейс был впервые осуждён — ему вменялась вина за кражу со взломом. В 1977—1984 годах он был осуждён ещё шесть раз. В августе 1978 года суд поместил Лейса под принудительный уход: юноша должен был находиться под присмотром вплоть до восемнадцати лет. В январе 1980 года он был признан виновным в двух преступлениях, в том числе в краже собственности из снимаемого им жилья — кража состоялась в ночь перед убийством де Симон. Совершив несколько краж в Портсмуте, Лейс был приговорён к полутора годам заключения. Выйдя на свободу спустя всего девять месяцев, он вновь совершил грабёж, за что был осуждён на пять лет и девять месяцев. Лейс отбывал наказание в дартмурской тюрьме[40].
В июле 1987 года он был освобождён из тюрьмы. Лейс поселился неподалёку, в девонском городке Бриксем, а в 1988 году он вернулся в Портсмут, чтобы увидеться с семьёй. Он намекал, что подавлен прошлым, а в декабре 1988 года Лейс раздал свои вещи и ушёл с работы. Последний раз друзья видели его 7 или 8 декабря; 9 числа арендодатель нашёл его мёртвым. По итогам вскрытия были обнаружены порезы на запястьях покойного. Также выяснилось, что Лейс употребил обезболивающее и натянул на голову пластиковый пакет. Смерть наступила от удушения, и коронер установил факт самоубийства. 20 декабря 1988 года Лейс был похоронен на кладбище Кингстон в родном городе[40]. Обнаружив, что ДНК убийцы схожа с генетическим материалом одного из родственников Лейса, полицейские запросили образец у Эндрины Фостер, биологической сестры Дэвида. Образец также демонстрировал частичное соответствие с ДНК преступника[41][42]. В 2009 году состоялась уже упомянутая эксгумация тела Лейса[43].
Королевский прокурор от Гемпшира и Острова Уайт заявил, что собранных доказательств было бы достаточно для выдвижения обвинений против Лейса. При этом он отметил, что не провозглашает Лейса виновным — подобное решение, по его словам, могут вынести только присяжные[6].
Лейс сознался в убийстве де Симон 17 сентября 1983 года, изложив хронологию событий следующим образом: 4 декабря 1979 года он покинул пансионат в Портсмуте, выкрав оттуда рюкзак и наличность, и пешком отправился в Саутгемптон. Когда Севедж высадила де Симон, он находился около паба. Как только жертва села в свою машину, он подошёл к автомобилю, постучал в стекло и справился о времени. Затем он силой пролез в салон, сел на водительское сидение рядом с де Симон и закрыл двери. Лишив де Симон возможности сбежать, он совершил над ней акт сексуального насилия и задушил девушку пассажирским ремнём безопасности. Он забрал её сумку и украшения, после чего прятался в течение примерно десяти минут. Наконец, он направился к вокзалу, где сел на поезд до Портсмута[44].
Лейс ошибся в описании некоторых обстоятельств, в частности, машины и одежды де Симон[45], в связи с чем полицейские не уделили его заявлению должного внимания. Документ был помещён в папку вместе с другими признаниями, и юридическая команда Ходжсона так и не узнала о её существовании[45].
В своём заявлении Лейс упомянул и о том, как он избавился от драгоценностей де Симон, бросив их на железнодорожную насыпь под Копнорским мостом в Портсмуте. В сентябре 2009 года группа из шести офицеров-трасологов Британской транспортной полиции два дня исследовала указанное место, пытаясь найти вещи де Симон[46][47]. Несмотря на то, что в районе поисков проводились земельные работы, и нахождение драгоценностей представлялось маловероятным, детективы одобрили проведение поисков, стремясь сделать всё возможное для возврата имущества родителям Терезы. Ювелирные изделия так и не были найдены, и Мактэвиш подвёл итоги поиска: «Известно, что за годы после убийства Терезы местность вокруг железнодорожного пути многократно повреждалась и восстанавливалась, но всё же вероятность того, что вещи остались нетронутыми, сохранялась. Хотя мы и не смогли вернуть вещи, использовавшиеся Терезой или подозреваемым, было важно сделать всё для изучения этого последнего аспекта дела.»[47][прим. 30]
16 сентября 2009 года дело поступило в Независимую комиссию по жалобам на полицию. Орган должен был установить, возможно ли подтвердить факт полицейского проступка или халатности в ходе первого расследования, в связи с признанием Лейса в 1983 году и запросом адвокатов Ходжсона от 1998 года, который касался экспертизы вещественных доказательств[48]. Глава саутгемптонского уголовного розыска Ширли Дайннелл объявила, что вопрос добровольно передан на рассмотрение комиссии по инициативе гемпширской полиции[48].
28 октября уполномоченный комиссии по юго-востоку страны Майк Франклин сообщил, что рассмотрение вопроса завершено. Многих следователей по делу де Симон уже не было в живых, и, кроме того, новое расследование «не было бы полезным для определения зон ответственности или возможностей для усовершенствования, так как время ушло»[48][прим. 31]. Тем не менее, комиссия утвердила определённые процедурные изменения, согласно которым все вещественные доказательства теперь сохраняются до окончания срока заключения осуждённого[48].
По данным Джулиана Янга, власти никак не поддерживали процесс адаптации Ходжсона к жизни на воле[49]. Вместе с тем, отбывшие длительный срок заключённые интегрируются в общество очень медленно[49]. «Человек, отпускаемый на свободу после отмены приговора, получает не такой уровень поддержки; Шона фактически отпустили с единственным платежом в £46. И всё»[49][прим. 32]. Получение каких-либо дополнительных компенсаций сопряжено со сложными процедурами[49]. Правительство оплачивает проживание и питание заключённых из их компенсационного фонда[49]. В итоге многие жертвы судебных ошибок могут выживать лишь за счёт социальных выплат[49].
Несправедливо осуждённый Джерри Конлон, проведший в тюрьме 15 лет, также говорил о недостаточности материальной поддержки освобождаемых[50]. Испытав тяготы тюремной повседневности, человек «становится потерянным»[прим. 33] на свободе[50]. Такие люди часто думают о самоубийстве или пытаются его совершить, страдают от панических атак, кошмаров, употребляют психоактивные вещества[50]. «Большая часть людей, освобождённых после судебной ошибки, в итоге становятся затворниками, их браки распадаются, они не общаются с детьми, становятся наркоманами и алкоголиками, умирают преждевременно[50][прим. 34].
После выхода Ходжсона на свободу в британском обществе разгорелась дискуссия о смертной казни, а именно — о её ошибочном применении[51]. Представитель организации Amnesty International Нил Деркин в интервью The Daily Telegraph сказал: «у нас был весьма печальный случай Шона Ходжсона, человека из Гемпшира, который оказался за решёткой и провёл там 27 лет не в последнюю очередь из-за того, что прокурорская служба умолчала о наличии оправдательного ДНК-свидетельства, которое могло бы освободить его десятилетием ранее. Он был совершенно не виновен, ни в коем случае не должен был оказаться в заключении, а по выходе пополнил ряды тех, кого в конечном счёте спасли от их тюремного удела»[51][прим. 35]. Деркни охарактеризовал дело Ходжсона как «предостережение от веры в то, что судебная система никогда не ошибается»[51][прим. 36].
Seamless Wikipedia browsing. On steroids.
Every time you click a link to Wikipedia, Wiktionary or Wikiquote in your browser's search results, it will show the modern Wikiwand interface.
Wikiwand extension is a five stars, simple, with minimum permission required to keep your browsing private, safe and transparent.