Loading AI tools
движение в поддержку прав женщин в Франции Из Википедии, свободной энциклопедии
Феминизм во Франции — это история феминистской мысли и движений во Франции. Феминизм во Франции можно условно разделить на три волны: феминизм первой волны — от Великой французской революции до Третьей республики, который в основном занимался вопросами избирательного права и гражданских прав для женщин. Значительный вклад внесли революционные движения Французской революции 1848 года и Парижской коммуны, кульминация которых пришлась на 1944 год, когда женщины получили право голоса.
Феминизм второй волны начался в 1940-х годах как переоценка роли женщин в обществе, примиряющая с ущемленным отношением к женщинам в обществе, несмотря на их якобы равный с мужчинами политический статус. Феминизм второй волны, основанный такими теоретиками, как Симона де Бовуар, стал важным течением в ходе социальных потрясений, предшествовавших и последовавших за майскими событиями 1968 года во Франции. Политические цели включали гарантию увеличения телесной автономии женщин через расширение доступа к абортам и способам контрацепции.
Феминизм третьей волны, начиная с 2000-х годов, продолжает наследие второй волны, добавляя элементы постколониального феминизма, рассматривая права женщин в тандеме с другими текущими дискурсами, особенно с дискурсом расизма.
В ноябре 1789 года, в самом начале Французской революции, петиция от женщин была направлена в Национальное собрание, но не обсуждалась. Хотя во время революции возникли различные феминистские движения, большинство политиков следовали теории Руссо, изложенной в его труде «Эмиль, или О воспитании», которая ограничивала женщин ролями матери и супруги. Заметным исключением был философ Кондорсе, который выступал за равные права для обоих полов.
Братское общество одного и другого пола («Братское общество обоих полов») было основано в 1790 году Клодом Дансартом. В него входили такие выдающиеся личности, как Этта Пальм д’Алдерс, Жак Эбер, Луиза-Фелисита де Кералио, Полина Леон, Теруань де Мерикур, Манон Ролан, Тереза Тальен и Антуан Мерлен. В следующем году Олимпия де Гуж опубликовала Декларацию прав женщины и гражданки. Это было письмо, адресованное королеве Марии-Антуанетте, в котором содержалась просьба принять меры в защиту прав женщин. Гуж была гильотинирована два года спустя, через несколько дней после казни жирондистов.
В феврале 1793 года Полин Леон и Клер Лакомб создали исключительно женское Общество революционных республиканок, которое насчитывало двести участников. По мнению историка Даниэля Герена, это была своего рода "«феминистская секция „Бешеных“»[1], они участвовали в падении жирондистов. Лакомб выступал за выдачу оружия женщинам. Однако в следующем году Общество было объявлено революционным правительством вне закона.
Феминистское движение вновь распространилось в социалистических движениях романтического поколения, в частности, среди парижских сторонников Анри Сен-Симона. Женщины свободно принимали новый образ жизни, вызывая возмущение в общественном мнении. Они требовали равенства прав и участвовали в обильной литературной деятельности, например, в феминистском памфлете Клэр Демар Appel au peuple sur l’affranchissement de la femme (1833). С другой стороны, утопическая социалистическая теория страстей Шарля Фурье выступала за «свободную любовь». Его архитектурная модель фаланстерского сообщества явно учитывала женскую эмансипацию.
Реставрация Бурбонов восстановила запрет на развод в 1816 году. Когда Июльская монархия ограничила политические права большинства населения, борьба феминисток вновь соединилась с борьбой республиканцев и социалистов за «Демократическую и социальную республику», что привело к революции 1848 года и провозглашению Второй республики. Революция 1848 года стала поводом для публичного выражения феминистского движения, которое организовалось в различные ассоциации. Политическая деятельность женщин привела к тому, что некоторые из них были запрещены, как и другие «сорок восьмые».
В период расцвета культуры прекрасной эпохи, особенно в конце XIX века, феминизм и представление о женственности претерпели существенные изменения, которые проявились в смелых поступках женщин и отказе от прежних стигм[2]. Наиболее определяющей характеристикой этого периода, проявившейся в этих поступках, является право выбора, которым стали обладать женщины[3]. Такие действия включали в себя участие женщин в нестандартных браках — поскольку развод в это время был восстановлен на законодательном уровне в результате законов Накета[4] — работу, не соответствующую гендерной роли, и глубокое влияние на общественные идеологии относительно женственности посредством писательской деятельности[2].
Феминистские газеты быстро получили широкое распространение и сыграли свою роль в изменении взглядов на женщин и их права[2]. Поскольку эта эпоха обещала равенство, продолжавшееся после Французской революции, женщины все еще не получили титул равноправных граждан[5], публиковать мнения, способствующие продвижению прав женщин, было трудным и опасным предприятием. Среди этих газет наиболее известна La Fronde Маргериты Дюран[6], в которой работали исключительно женщины[4].
Некоторые женщины организовали феминистское движение во время Коммуны в продолжение предыдущих попыток в 1789 и 1848 годах. Натали Лемель, переплетчица-социалистка, и Елизавета Дмитриева, молодая русская эмигрантка и член русской секции Первого Интернационала (IWA), 11 апреля 1871 года создали Союз женщин для защиты Парижа и оказания помощи пострадавшим. Феминистская писательница Андре Лео, подруга Поле Минк, также была активной участницей Союза женщин. Союз требовал равенства полов, равенства заработной платы, права на развод для женщин, а также права на светское и профессиональное образование для девочек. Они также требовали устранения различий между замужними женщинами и наложницами, между законными и непризнанными детьми, отмены проституции путем закрытия maisons de tolérance, или официальных публичных домов.
Союз женщин также участвовал в нескольких муниципальных комиссиях и организовывал кооперативные мастерские[7]. Вместе с Эженом Варленом Натали Ле Мель создала кооперативный ресторан La Marmite, где бесплатно кормили малоимущих, а затем во время Кровавой недели сражалась на баррикадах[8]. С другой стороны, Поле Минк открыла бесплатную школу в церкви Сен-Пьер де Монмартр и оживила клуб Saint-Sulpice на Левом берегу[8]. Анна Корвин-Круковская, которая отказалась выйти замуж за Достоевского и в итоге стала женой активиста бланкистов Виктора Жаклара, основала вместе с Андре Лео газету La Sociale. Она также была членом Комитета бдительности Монмартра вместе с Луизой Мишель и Полем Минком, а также русской секции Первого Интернационала. Викторина Броше, близкая к активистам IWA и основательница кооперативной пекарни в 1867 году, также сражалась во время Коммуны и Кровавой недели[8].
Такие известные личности, как Луиза Мишель, Красная дева Монмартра, которая вступила в Национальную гвардию и позже была отправлена в Новую Каледонию, символизируют активное участие небольшого числа женщин в повстанческих событиях. Женский батальон Национальной гвардии защищал площадь Бланш во время репрессий.
В 1909 году французская аристократка и феминистка Жанна-Элизабет Шмаль основала Французский союз за женское избирательное право, чтобы отстаивать право женщин на голосование во Франции.
Несмотря на некоторые культурные изменения после Первой мировой войны, в результате которых женщины заменили мужчин, ушедших на фронт, эти годы были известны как Années folles (рус. «Бурные двадцатые»), и их буйство ограничивалось очень небольшой группой женской элиты. Картина Виктора Маргерита La Garçonne (1922), изображающая эмансипированную женщину, была расценена как скандальная, из-за чего он был лишен ордена Почетного легиона.
Во время Третьей республики движение суфражисток отстаивало избирательное право для женщин, но не настаивало на доступе женщин к законодательным и исполнительным должностям. Суфражистки, однако, чествовали достижения иностранных женщин во власти, привлекая внимание к принятым под их влиянием законам, касающимся алкоголя (например, Запрет в США), регулирования проституции и защиты прав детей.
Несмотря на эту кампанию и новую роль женщин после Первой мировой войны, Третья республика отказалась предоставить им избирательные права, в основном из-за опасений влияния клерикализма среди них[9], повторяя консервативное голосование сельских районов за Луи-Наполеона Бонапарта во время Второй республики. После победы Народного фронта в 1936 году, хотя он и отстаивал избирательные права для женщин (предложение, включенное в программу французской секции партии Рабочего интернационала с 1906 года), левый премьер-министр Леон Блюм не стал проводить эту меру из-за опасений Радикально-социалистической партии[9].
Женщины получили право голоса только после того, как 5 октября 1944 года Временное правительство Французской Республики подтвердило декрет Французского комитета национального освобождения от 21 апреля 1944 года[9]. После выборов в ноябре 1946 года, первых, на которых женщинам было разрешено голосовать, социолог Робер Вердье опроверг любое гендерное различие в голосовании: в мае 1947 года в газете Le Populaire он показал, что женщины голосуют не одинаково, а разделяют себя, как и мужчины, в зависимости от социальных классов[9].
Ольга Пети, урожденная Шейна Леа-Балаховски, которую также называли Соня Ольга Балаховски-Пети, стала первой женщиной-адвокатом во Франции 6 декабря 1900 года[10][11][12].
Супружеская власть (фр. puissance maritale) была отменена в 1938 году. Однако юридическая отмена специфической доктрины супружеской власти не обязательно предоставляет замужним женщинам те же юридические права, что и их мужьям (или незамужним женщинам), как это, например, произошло во Франции, где юридическое подчинение жены (в основном, вытекающее из Кодекса Наполеона) было постепенно отменено, и женщины получили полное равенство в браке только в 1980-х годах[13].
Женщинам не разрешалось становиться судьями во Франции до 1946 года[12].
В период беби-бума феминизм стал незначительным движением, несмотря на предшественников, таких как Симона де Бовуар, которая опубликовала книгу «Второй пол» в 1949 году[9].
Книга «Второй пол» — это подробный анализ угнетения женщин и основополагающий трактат современного феминизма. В ней излагается феминистский экзистенциализм, который предписывает моральную революцию. Как экзистенциалистка, де Бовуар приняла постулат Жана-Поля Сартра о том, что существование предшествует сущности, поэтому «женщиной не рождаются, а становятся». Ее анализ сосредоточен на социальной конструкции Женщины как Другого, которую де Бовуар считает основополагающей для угнетения женщин[14]. Она утверждает, что женщины исторически считались девиантными и ненормальными, и утверждает, что даже Мэри Уоллстонкрафт считала мужчин идеалом, к которому должны стремиться женщины. Де Бовуар утверждает, что для того, чтобы феминизм двигался вперед, это отношение должно быть отброшено[14].
Замужние француженки получили право работать без согласия мужа в 1965 году[13]. Закон Нойвирта легализовал контроль рождаемости в 1967 году, но соответствующие исполнительные декреты были заблокированы на пару лет консервативным правительством[15].
Сильное феминистское движение возникло только после мая 1968 года, с созданием «Движения за освобождение женщин», предположительно Антуанеттой Фук, Моник Виттиг и Жозианой Шанель в 1968 году. Само название было дано прессой, со ссылкой на американское движение Women’s Lib. В рамках культурных и социальных изменений, произошедших в период Пятой республики, они выступали за право на автономию от мужа, за право на контрацепцию и аборт.
Отцовская власть мужчины над своей семьей во Франции была прекращена в 1970 году (до этого родительские обязанности принадлежали исключительно отцу, который принимал все юридические решения в отношении детей)[16].
С 1970 года во Франции оспаривались процедуры использования титула «мадемуазель», особенно феминистскими группами, которые хотели его запретить. Циркуляр Франсуа Фийона, тогдашнего премьер-министра, от 21 февраля 2012 года призывал исключить слово «мадемуазель» из всех официальных документов. 26 декабря 2012 года Государственный совет одобрил это исключение[17].
В 1971 году адвокат-феминистка Жизель Халими основала группу Choisir (с фр. — «Выбирать») для защиты женщин, подписавших «Манифест 343 стерв»[18], написанный Симоной де Бовуар. Это провокационное название стало популярным после того, как Кабю нарисовал в сатирическом журнале рисунок с надписью: «От кого забеременели эти 343 стервы?»; женщины признавались в том, что сделали незаконные аборты, и тем самым подвергали себя судебным искам и тюремным срокам[18]. Манифест был опубликован в Le Nouvel Observateur 5 апреля 1971 года. Манифест послужил вдохновением для манифеста 331 врача от 3 февраля 1973 года, в котором они заявили о своей поддержке прав на аборт[19]:
Мы хотим свободы абортов. Это полностью решение женщины. Мы отвергаем любую организацию, которая заставляет ее защищаться, поддерживает атмосферу вины и позволяет сохраняться подпольным абортам...
В 1972 году Choisir превратился в явно реформистскую организацию, и их кампания оказала большое влияние на принятие закона, разрешающего контрацепцию и аборты, проведённого Симоной Вейль в 1975 году. Закон Вейль в то время горячо оспаривался собственной партией Вейль, консервативным Союзом за французскую демократию.
В 1974 году Франсуаза д’Обонн придумала термин «экофеминизм».
В 1970-х годах французские теоретики феминизма обратились к феминизму с концепцией женского письма. Элен Сиксу утверждает, что письмо и философия фаллоцентричны, и вместе с другими французскими феминистками, такими как Люс Иригарэй, подчёркивает «письмо из тела» как подрывное упражнение[20]. Работа феминистского психоаналитика и философа Юлии Кристевой повлияла на феминистскую теорию в целом и феминистскую литературную критику в частности. С 1980-х годов работы художницы и психоаналитика Брахи Эттингер повлияли на литературную критику, историю искусства и теорию кино[21][22][23].
Новая реформа во Франции в 1985 году отменила положение, согласно которому отец имел исключительное право распоряжаться имуществом детей[16].
В 1999 году Флоранс Монтрейно основала общественную организацию Chiennes de garde (с фр. — «Сторожевые псы»).
В англоязычном мире термин «французский феминизм» относится к направлению теорий и философий женщин и о женщинах, возникших в 1970-х — 1990-х годах. Эти идеи развивались параллельно с политическим феминистским движением во Франции, а иногда и вразрез с ним, но часто их называют «французской феминистской теорией», отличающейся более философским и литературным подходом[24]. Ее труды, как правило, отличаются эффузивностью и метафоричностью, в них меньше внимания уделяется политическим доктринам и, как правило, теориям «тела»[25].
Среди известных представителей — Моник Виттиг[26], Элен Сиксу[27], Люс Иригарей[27], Юлия Кристева[27][28] и Браха Эттингер[29][30][31][32].
Этот термин включает писательниц, не являющихся француженками, но работавших в значительной степени во Франции и во французской традиции[33].
В 2000-х годах некоторые феминистские группы, такие как Ni putes, ni soumises (рус. «Ни шлюхи, ни покорные»), осудили возросшее влияние исламского экстремизма в бедных пригородах с большим количеством иммигрантов, утверждая, что их могут заставить носить хиджаб, бросить школу и рано выйти замуж[34]. С другой стороны, возникла «третья волна» феминистского движения, объединившая вопросы сексизма и расизма, протестуя против исламофобской инструментализации феминизма французскими правыми.
После того, как активистки Ni Putes Ni Soumises были приняты премьер-министром Жан-Пьером Раффареном и их послание было включено в официальное празднование Дня взятия Бастилии 2003 года в Париже, различные левые авторы (Сильви Тиссо[35], Эльза Дорлин[36], Этьен Балибар[37], Урия Бутельджа[38] и др.), а также неправительственные организации, такие как Les Blédardes (возглавляемая Бутельджа), выступили с критикой расистской стигматизации иммигрантского населения, чья культура изображается как изначально сексистская.
Они подчеркивают, что сексизм не является особенностью иммигрантского населения, как будто французская культура сама по себе лишена сексизма, и что акцент на медийных и насильственных действиях (таких как сожжение Сохане Бензиан) замалчивает прекаризацию женщин[35][36]. В этом свете они рассматривают дебаты французских левых относительно закона 2004 года о светскости и заметных религиозных символах в школах, направленные, в основном, против хиджаба[35].
Они утверждали, что Ni Putes Ni Soumises затмили работу других феминистских НПО. После выдвижения Николя Саркози — лидера организации Фаделы Амары в правительство, Сильви Тиссо осудила «государственный феминизм»[35] (инструментализацию феминизма государственными органами), а Бутельджа квалифицировала НПО как идеологический государственный аппарат (ИГА)[38].
В январе 2007 года коллектив индигенных феминисток выпустил манифест в честь Мулатки Солитьюд. Мулатка Солитьюд была героиней, которая вместе с Луи Дельгресом боролась против восстановления Наполеоном рабства (отмененного во время Французской революции)[39]. В манифесте говорится, что «западный феминизм не обладает монополией на сопротивление мужскому господству» и поддерживает мягкую форму сепаратизма, отказываясь позволять другим (мужчинам или белым) говорить от их имени[39].
Несколько женщин занимали государственные должности в 1930-х годах, хотя они держались в тени. В 1936 году новый премьер-министр Леон Блюм включил трех женщин в правительство Народного фронта: Сесиль Бруншвикг, Сюзанну Лакор и Ирен Жолио-Кюри[9]. Включение женщин в правительство Народного фронта было единодушно одобрено: даже кандидат от ультраправых Ксавье Валла адресовал Блюму свои «поздравления» за эту меру, а консервативная газета Le Temps написала 1 июня 1936 года, что женщины могут быть министрами без предварительного разрешения своих мужей. Сесиль Бруншвикг и Ирен Жолио-Кюри были юридически «несовершеннолетними» женщинами.
Войны (как Первая, так и Вторая мировая) привели к временной эмансипации некоторых отдельных женщин, но послевоенные периоды ознаменовались возвращением к консервативным ролям[9]. Например, Люси Обрак, которая активно участвовала во французском Сопротивлении — роль, подчёркнутая голлистскими мифами — после войны вернулась к частной жизни[9]. Тридцать три женщины были избраны во время Освобождения, но ни одна не вошла в правительство, и эйфория Освобождения быстро сошла на нет[9].
Во время Четвертой и Пятой республик женщины оставались в тени. В 1949 году Жанна-Поль Сикар стала первой женщиной-начальником штаба, но ее называли «секретарем господина Плевена» (тогдашнего министра обороны). Мари-Франс Гаро, которая вошла в кабинет Жана Фуа в Министерстве сотрудничества и позже стала главным советником президента Жоржа Помпиду, наряду с Пьером Жюйе, получила тот же титул. Левая газета Libération, основанная в 1973 году Жаном-Полем Сартром, изобразила бы Мари-Франс Гаро как еще одну фигуру из числа женщин-врачей. Однако новая роль, отведенная президенту республики в полупрезидентском режиме Пятой республики после референдума 1962 года о выборах президента на основе всеобщего прямого избирательного права, привела к усилению роли «первой леди Франции». Хотя жена Шарля де Голля Ивонна оставалась вне публичной сферы, образ Клод Помпиду все больше и больше интересовал СМИ[9]. Ажиотаж вокруг Сесилии Саркози, бывшей жены бывшего президента Николя Саркози, стал кульминацией этого течения.
Из 27 кабинетов министров, сформированных во время Четвертой республики, только в четырёх были женщины, и никогда больше одной одновременно. Член СФИО Андре Вьено, вдова резидента, была выдвинута в июне 1946 года христианским демократом Жоржем Бидо из Народного республиканского движения на пост заместителя министра по делам молодежи и спорта. Однако она пробыла на этом посту всего семь месяцев. Следующая женщина, занимавшая государственную должность, Жермена Пуансо-Шапюи, была министром здравоохранения и образования с 24 ноября 1947 года по 19 июля 1948 года в кабинете Роберта Шумана. Пробыв на этом посту один год, ее имя осталось прикрепленным к декрету о финансировании частного образования. Декрет, опубликованный в Journal officiel 22 мая 1948 года за её подписью, был подготовлен в её отсутствие в Совете министров Франции. Коммунистическая и Радикально-социалистическая партии потребовали отмены декрета, и в итоге кабинет Шумана был перевербован после провала вотума доверия по этому вопросу. Жермена Пуансо-Шапюи не продолжила свою политическую карьеру, к этому ее побудил Папа Пий XII[9].
Третьей женщиной, занимавшей государственные должности, стала радикал-социалистка Жаклин Томе-Патенотр, назначенная заместителем министра реконструкции и жилья в кабинете Мориса Бурже-Маунури в 1957 году. Затем Нафисса Сид Кара участвовала в работе правительства в качестве заместителя министра по делам Алжира с 1959 года до окончания войны в 1962 году. Мари-Мадлен Дьенеш, которая перешла от христианской демократии к голлизму (в 1966 году), занимала различные должности в качестве заместителя министра с 1968 по 1974 год. Наконец, Сюзанна Плю была заместителем министра национального образования в 1973 и 1974 годах. В целом, с 1946 по 1974 год только семь женщин заняли правительственные должности, и только одна — пост министра[9]. Историки объясняют эту редкость особым контекстом Тридцати славных лет (Trente Glorieuses) и беби-бумом, который привел к укреплению семейственности и патриархата.
Даже левые кабинеты воздерживались от выдвижения женщин: Пьер Мендес-Франс (по совету Колетт Бодри) не включил в свой кабинет ни одной женщины, ни Ги Молле, генеральный секретарь СФИО, ни центрист Антуан Пине. Хотя в 1945 году элитная административная школа École nationale d’administration (которую окончили многие французские политики) стала гендерно-смешанной, в период с 1946 по 1956 год её окончили только 18 женщин (по сравнению с 706 мужчинами)[9].
Из первых одиннадцати кабинетов Пятой республики в четырех не было ни одной женщины. В мае 1968 года кабинет министров состоял исключительно из мужчин. Однако такое низкое представительство женщин было характерно не только для Франции: В правительстве Западной Германии с 1949 по 1961 год не было ни одной женщины ни на одном посту, а в 1974—1975 годах только в 12 странах мира были министры-женщины. В британском правительстве были исключительно мужчины-министры[9].
В 1974 году Валери Жискар д’Эстен был избран президентом и назначил 9 женщин в свое правительство в период с 1974 по 1981 год: Симону Вейль, первую женщину-министра, Франсуазу Жиру, назначенную министром по вопросам женственности, Элен Дорлак, Алису Сонье-Сеите, Анни Лесур и Кристиана Скривенера, Николь Паскье, Моник Пеллетье и Элен Миссофф. В конце 1970-х годов Франция была одной из ведущих стран мира по количеству женщин-министров, уступая лишь Швеции. Однако в Национальной ассамблее они оставались крайне недопредставленными. В 1973 году было всего 14 женщин-депутатов (1,8 %), а в 1978 году — 22 (2,8 %). Жанин Александре-Дербей, 67-летняя сенатор от Республиканской партии, начала голодовку в знак протеста против полного отсутствия женщин в избирательных списках правительственного большинства в Париже[9].
Эта новая, относительная феминизация власти частично объяснялась опасениями правительства Жискара столкнуться с еще одним Маем 1968 года и влиянием MLF: «Поэтому мы можем объяснить рождение государственного феминизма под давлением конкурсного феминизма», — писала Кристин Бард. Хотя крайне левые оставались равнодушными к феминизации власти, в 1974 году Арлетт Лагуйер стала первой женщиной, выдвинувшей свою кандидатуру на президентских выборах (от троцкистской партии «Рабочая борьба»), и включила феминистские предложения в свою партию. Франсуаза Жиру назвала достижения Жискара, касающиеся включения женщин в правительство, его самым важным подвигом, в то время как другие, такие как Эвелин Сюрро, Бенуа Грольт или министр Моник Пеллетье, осудили избирательное «алиби». Социолог Мариетт Сино подчеркнула, что Жискар включал женщин только в низшие звенья правительственной иерархии (государственные секретари) и держал их в социально-педагогических делах. Семь женщин из восемнадцати (с 1936 по 1981 год) занимали посты, связанные с молодёжью и образованием, а четыре (включая двух министров) — посты, связанные со здравоохранением, что отражает традиционное гендерное разделение. Важные министерства финансов, обороны, иностранных дел и внутренних дел оставались недосягаемыми для женщин. Только шесть женщин из восемнадцати были избраны на основе всеобщего избирательного права. Остальные были назначены премьер-министром. Элен Миссофф была единственным депутатом, назначенным Жискаром[9].
После избрания социалистического кандидата Франсуа Миттерана в 1981 году Иветт Руди приняла в 1983 году закон против сексизма.
В 1996 году левые и правые женщины-министры подписали Манифест 10 за равное представительство женщин в политике[9]. Против этого выступила феминистский историк и психоаналитик Элизабет Рудинеско, которая считала, что существующего законодательства достаточно.
Социалистка Сеголен Руаяль стала первой женщиной-кандидатом в президенты, которая прошла в первый тур президентских выборов во Франции в 2007 году, противостоя кандидату от консервативной партии Николя Саркози. Саркози победил в напряженной борьбе, но год спустя опросы показали, что избиратели сожалеют о том, что не отправили Руаяль в Елисейский дворец, и что она легко выиграла бы противостояние с Саркози в 2008 году. Она была лидером на выборах лидера, которые состоялись 20 ноября 2008 года, но потерпела поражение во втором туре от соперницы Мартины Обри, тоже женщины[40].
Джоан Скотт, профессор Института перспективных исследований, заявила: «Существует давняя приверженность представлению о том, что французы иначе относятся к гендерным отношениям — особенно в отличие от ханжеских американцев — и это связано с французским пониманием соблазнения. Соблазнение — это альтернатива тому, чтобы думать о [сексуальном домогательстве] как о сексуальном преследовании»[41]. Кристин Бард, профессор Анжерского университета, поддержала эти мысли, сказав, что существует «идеализация соблазнения во Франции, и что антифеминизм стал почти частью национальной идентичности» во Франции[41].
В 1990 году, после случая, когда мужчина пытал и насиловал свою жену, Кассационный суд разрешил преследование супругов за изнасилование или сексуальное насилие. В 1992 году Кассационный суд признал мужчину виновным в изнасиловании своей жены, заявив, что презумпция согласия супругов на сексуальные действия, происходящие в браке, действует только тогда, когда обратное не доказано[43]. До 1994 года Франция сохраняла в Уголовном кодексе статью 1810 года, которая оправдывала насильника, если он впоследствии женился на своей жертве, а в 1994 году Закон 94-89 признал уголовным преступлением все супружеские изнасилования.
Сексуальные домогательства на рабочем месте стали караться законом во Франции только в 1992 году. По словам адвокатов по трудовым спорам, сфера действия этих законов не сопровождалась активным правоприменением[41]. «Нежелание Франции более активно бороться с сексуальными домогательствами отражает глубоко укоренившиеся представления о сексуальных отношениях и относительной власти между мужчинами и женщинами», — считает Скотт[41].
Франция объявила уличные сексуальные домогательства вне закона в 2018 году, приняв закон о том, что кошачьи приставания на улицах и в общественном транспорте влекут за собой штрафы до 750 евро, а за более агрессивное и физическое поведение — больше. Закон также объявил, что секс между взрослым и лицом 15 лет или младше может считаться изнасилованием, если младшее лицо признано неспособным дать согласие[44][45]. Он также даёт несовершеннолетним жертвам изнасилования дополнительное десятилетие для подачи жалоб, продлевая срок до 30 лет с момента достижения ими 18 лет[45].
Seamless Wikipedia browsing. On steroids.
Every time you click a link to Wikipedia, Wiktionary or Wikiquote in your browser's search results, it will show the modern Wikiwand interface.
Wikiwand extension is a five stars, simple, with minimum permission required to keep your browsing private, safe and transparent.