Loading AI tools
карательная операция войск генерала Деникина в плоскостной Чечне Из Википедии, свободной энциклопедии
Операция ВСЮР в Чечне (март — апрель 1919) — карательная операция войск генерала Деникина в плоскостной Чечне[1].
После завершения кампании на Северном Кавказе перед белым командованием оставалось ещё несколько частных задач, одной из которых было подчинение Чечни, давшей приют остаткам красных войск и их руководителям: Г. К. Орджоникидзе, Н. Ф. Гикало, А. З. Дьякову и др. К тому же нужно было восстановить железнодорожное сообщение на участке Грозный — Петровск-Порт, где чеченцы разрушили полотно в обе стороны от Гудермеса.
Политическая ситуация в Чечне была непростой. В отличие от ингушей, целиком стоявших на стороне большевиков, среди чеченцев не было единства. Чеченский национальный совет раскололся в начале 1918 на две части: пробольшевистский Гойтинский во главе с Т. Э. Эльдархановым и антибольшевистский Атагинский во главе с И. М. Чуликовым.
14 февраля в Грозный явились «губернатор» и «командующий войсками», назначенные Горским меджлисом[2], и пожелали вступить в управление городом и краем. Им было сказано, что Добровольческая армия не признает Горского правительства. Тогда упомянутое правительство направило в Екатеринодар делегацию во главе с «председателем союзного совета» Темирхановым. Эта делегация не была принята Деникиным, так как демонстративно отказалась встречаться с главноначальствующим Терско-Дагестанского края генералом В. П. Ляховым. В Пятигорск к Ляхову поехал на переговоры председатель правительства П. Т. Коцев[3].
Переговоры зашли в тупик, так как Горское правительство требовало передать ему власть на Северо-восточном Кавказе, опираясь при этом на поддержку англичан и Азербайджана, а белые требовали отставки этого правительства и предлагали собрать съезд, который бы избрал помощника главноначальствующего по делам горцев и членов совета при главноначальствующем. Горцам Деникин обещал автономию[4].
Однако дважды назначавшийся съезд чеченских представителей в Грозном не состоялся из-за отказа аулов Гойты и Шали, державших сторону большевиков и приютивших разбитых красных, прислать своих представителей[5].
Большевистская агитация и деятельность эмиссаров Горского правительства привели к волнениям в Чечне, снова было прервано железнодорожное сообщение с Петровском, так как чеченцы устроили крушение двух ремонтных поездов. Начиналось восстание, центром которого стал аул Гойты. Так как осложнившаяся обстановка на Дону и Маныче требовала спешной переброски войск на север, дальнейшие переговоры становились уже не просто бесполезными, но и опасными, и было решено подавить мятеж силой[5].
1-я конная дивизия генерала П. Н. Шатилова стояла на северном берегу Сунжи, перекинув свои передовые части на южный берег. Одна бригада была сосредоточена у Михайловской, а другая у Грозного. Промежуток занимался формировавшимися частями терцев. Для проведения операции в Чечне Шатилов был подчинён генералу В. П. Ляхову, недавно назначенному главноначальствующим и командующим войсками Терско-Дагестанского края[6]. В распоряжение Шатилова были переданы только что сформированные две Терские пластунские бригады под командованием генералов И. И. Хазова и Д. П. Драценко[7].
В середине марта Ляхов отдал приказ о наступлении в плоскостной Чечне. Шатилов считал необходимым направить главный удар на аул Гойты, военный центр пробольшевистских сил, однако на помощь гойтинцам пришли жители соседних аулов и в боях 20—21 марта белые потерпели поражение и отступили в Грозный[8]. Через несколько дней Шатилов был ранен во время разведки и временно дивизию принял полковник Пугинин. Он повторил маневр Шатилова в ауле Гойты и тоже неудачно; сам полковник Пугинин в этом сражении погиб[9].
Поскольку кавалерийским наскоком решить проблему не удалось, белые начали проведение планомерной операции. К концу марта 1919 в станице Ермоловской (ныне Алхан-Кала) был сосредоточен отряд, состоявший из 1-й конной дивизии, терских пластунских бригад, 7-го кубанского пластунского батальона, Терской конной батареи, 2-й и 3-й конных батарей 1-го Конно-Артиллерийского дивизиона, отдельной конно-горной батареи и батареи 48-линейных гаубиц. Всего — до 4 тысяч человек при 12 орудиях и примерно 50 пулемётах.
28 марта Шатилов получил пулю в ногу при проведении рекогносцировки возле станицы Ермоловской, после чего отправился на лечение в Екатеринодар, сдав командование заместителю, генералу Драценко.
План Драценко состоял в следующем: взять первую линию чеченских аулов по реке Сунже и сровнять их с землёй, после чего отойти в исходное положение и предложить переговоры, а в случае неудачи переговоров повторить операцию со второй линией аулов[10].
Первой целью был Алхан-Юрт. Незадолго до начала операции белые видели в бинокли из Ермоловской комиссара Гикало, приехавшего в аул на митинг[11].
Ночью 29 марта войска переправились на чеченский берег с конно-горной батареей, которая должна была с короткой дистанции обеспечивать наступление пехоты на аул. Другие батареи были выставлены на господствующих высотах на северном берегу для обстрела Алхан-Юрта.
Конница обеспечивала операцию с юго-востока от аула Гойты и с юго-запада от аулов Гехи и Валерик, кроме того отрезала сообщение аула Алхан-Юрт с тылом.
Кубанский пластунский батальон атаковал с северо-запада, терский — с северо-востока.
При штурме этого аула войска столкнулись с сильным сопротивлением. Чеченцы заняли ломанную линию обороны, используя естественные складки местности. Это позволяло им встречать противника сильным перекрестным огнём и не давало артиллерии вести прицельную стрельбу.
Винтовочный огонь чеченцев отличался
необыкновенной меткостью, почти все ранения у пластунов в верхней части туловища, то есть смертельные. Меткий огонь чеченцев уже на дистанции 1000 <метров> заставил пластунов прибегнуть к перебежкам одиночными бойцами.
— Писарев А. Л., с. 319.
Наступающая пехота не могла корректировать огонь артиллерии, сообщая, что противник стреляет со всех сторон.
Приданные пехоте наши передовые наблюдатели давали аналогичные ответы; в большинстве будучи кадровыми офицерами, прошедшими школу великой войны, они приходили в профессиональный восторг от обороны чеченцев. Все вышеизложенное заставляло пластунов нести солидные потери при штурме первой линии, особенно правый кубанский батальон, который потерял убитыми и ранеными значительное число офицеров и пластунов.
— Писарев А. Л., с. 320.
Артиллеристы нашли выход, сосредотачивая огонь перед фронтом наступающих батальонов. К 14 часам дня казаки приблизились на 250—300 метров к северной окраине аула. В 14:30 артиллерия начала обстрел северной окраины, через 15 минут перенесла огонь вглубь поселения, а пластуны атаковали северную и северо-восточную окраины аула. Они поджигали все, что могло гореть, чтобы линия пожара указывала артиллерии район продвижения войск. Чеченцы местами оказывали упорное сопротивление. К вечеру аул был занят. Пленных не брали. Нескольким чеченцам конница позволила убежать, чтобы они рассказали своим соплеменникам об участи защитников Алхан-Юрта. По словам Деникина, чеченцы потеряли до тысячи человек.
Аул весь был предан огню и горел всю ночь и следующий день. Освещая ночью далеко равнину Чечни, напоминая всем непокорным, что их ожидает завтра.
— Писарев А. Л., с. 321.
На следующий день Драценко атаковал Валерик. Там сопротивление было значительно слабее, так как большая часть жителей покинула аул и оборону держали только самые отчаянные джигиты. Аул удалось взять без применения артиллерии. Все защитники были перебиты, а Валерик сожжен[12].
Военные действия продолжались до 9 апреля, затем чеченцы согласились на переговоры и войска оттянулись в Ермоловскую и Грозный.
Ляхов в третий раз назначил чеченский съезд, пригласив присутствовать на нём и Коцева. К назначенному дню Деникин прибыл в Грозный вместе с английским представителем генералом Бриггсом. Коцев не приехал. Вместо него Горский совет направил «трех лиц во главе с ярким русофобом и полубольшевиком своим председателем Каплановым для переговоров с командованием»[13]. Однако делегация, узнав о событиях в Чечне, задержалась в Шали, не решаясь проехать в Грозный. Из Шали Капланов сообщил Деникину, что «никакие переговоры с отдельными племенами или селениями не имеют в глазах Горского союза никакой определённой силы»[13]. Деникин, в свою очередь, не признавая полномочий горского правительства, не собирался вести с ним переговоры о судьбе кавказских народов.
Вскоре стало известно, что переговоры, если бы они даже и состоялись, были бы бесполезны, так как инструкция, данная делегации на секретном заседании меджлиса, гласила: 1) потребовать от Добровольческой армии очищения всей горской территории; 2) никакого сотрудничества с армией Деникина; 3) роспуск всех мобилизованных горцев. Это, по словам Деникина, было напечатано в официозе «Вестник Горской республики» от 12—16 апреля 1919[13].
11 апреля в Грозном открылся "Съезд Чеченского народа", к которому обратились Деникин и английский представитель в Закавказье генерал Ч. Бриггс. Деникин призывал чеченцев выдать большевистских комиссаров и награбленное красноармейцами, обещая взамен пощадить взятых в плен местных лидеров. Чеченцам было предоставлено самоуправление, правителем Чечни и одновременно Помощником Главноначальствующего краем генерал-лейтенанта Ляхова был избран горцами генерал Э. Алиев, при котором действовало своеобразное правительство — Горский совет. Помощником Алиева стал Чуликов.
По словам Деникина, в съезде участвовали представители всего Грозненского округа и пяти аулов Веденского. Они с одинаковым недоверием относились и к меджлису, и к добровольцам. Большевики вызывали у них большую симпатию, так как не мешали расправам над терскими казаками и русскими. Теперь они боялись мести и разосланная по аулам листовка с речью Коцева, в которой он заявлял, что в Терскую область будет назначен генерал-губернатор из казаков, сильно их взбудоражила. Деникин пишет, что пункт о казачьем генерал-губернаторе Коцев прибавил от себя к перечню ультимативных требований, предъявленных в феврале генералом А. А. Гейманом ингушскому народу,старшины 12 плоскостных ингушских аулов , испугавшись расправы подчинились ультиматуму, мелкие стычки вблизи аула Долаково закончились сожжением нескольких жилишь , что привело в безусловному послушанию туземцев требованиям Коцева. Ни Ляхов, ни сменивший его Эрдели не принадлежали к казачьему сословию[14].
Деникин повторил перед съездом требования генерала Ляхова, невыполнение которых и вызвало карательные акции. Требования были следующими[14]:
1. Подчиниться управлению Добрармии, сохраняя внутреннее самоуправление.
2. Выдать красноармейцев — главарей большевиков и абреков.
3. Выдать артиллерию и пулемёты.
4. Выдать все награбленное и увезенное в Чечню красноармейцами. Возвратить все похищенные железнодорожные материалы.
5. Доставить на ближайшие станции и в аул Алды продовольствие для войск за справедливую плату.
6. Возвратить разграбленное имущество Новогрозненских промыслов.
7. Возвратить жителям Грозного все свезенное в Чечню на хранение их собственное имущество (так деликатно было названо похищенное чеченцами).
Присутствие генерала Бриггса было нужно для того, чтобы развеять у горцев иллюзии относительно английской помощи против Деникина. Бриггс заявил на съезде, что Англия поддерживает Добровольческую армию и советовал чеченцам дать возможность исправить железную дорогу, прекратить междоусобицу и помочь в борьбе с большевиками.
После краткого совещания собрание приняло условия Деникина.
Не вся плоскостная Чечня приняла требования белых. Особенную враждебность проявили аулы Цоцин-Юрт и Гудермес, по которым требовалось нанести удар, дабы обеспечить безопасность железной дороги[15].
В середине апреля Драценко атаковал Цоцин-Юрт. Чеченцы пытались повторить метод обороны Алхан-Юрта, но так как местность перед аулом была ровная, им пришлось вырыть ряд окопов, которые русские накрыли огнём 48-линейных гаубиц, перемешавшим защитников с землёй. Атака пластунов оттеснила чеченцев к аулу, после чего Драценко приостановил наступление. Чеченцы сдались и войска были отведены в Грозный.
После этого несколько дней шли переговоры с жителями Гудермеса. Когда стало ясно, что чеченцы их затягивают, готовясь к обороне, Драценко на Страстной неделе выступил на Гудермес, проведя войска по развалинам уничтоженной чеченцами в 1917 станицы Кахановской. Гудермес был сильно укреплён и белые опасались больших потерь при штурме. На высоте к западу от аула чеченцы вырыли окопы, но артиллерия засыпала их шрапнелью. Защитники окопов, понеся большие потери, выскочили из них и рассыпались по высоте. Однако скат высоты был обращён к белым и пехота легко выкашивала чеченцев пулемётным огнём.
Тем временем левый фланг пластунов ворвался на окраину аула и поджег её. Чеченцы, увидев пламя, немедленно подняли белый флаг и выслали парламентеров, умолявших об одном — «не жечь аул». Драценко отменил штурм и вернулся в Грозный[16].
Позднее было проведено ещё несколько военных акций. Аул Шали, где собрались дагестанцы, посланные Горским правительством, был обложен войсками, и жители прогнали дагестанцев под угрозой разрушения аула[17].
Деникину удалось на некоторое время усмирить плоскостную Чечню и восстановить движение по железной дороге. Поддерживавшие белых аулы Мескер-Юрт, Герменчук, Белгатой, Новые Атаги, Дуба-Юрт организовали из своих жителей Чеченский конный полк, позднее развернутый в дивизию. Однако большевистские комиссары укрылись в горных районах, где благополучно дождались прихода Красной армии в марте 1920. Под влиянием пропаганды агентов большевиков и Горского правительства, чеченцы с плоскости начали перебираться в горы. По данным контрразведки, уже в мае Узун-Хаджи и А. Д. Шерипов начали формирование отрядов для нападения на Грозный[18]. В августе в Чечне началось крупное восстание.
В военном плане чеченцы на своей территории были довольно сильным противником, однако, незнакомые с возможностями современной артиллерии, были обречены на поражение.
Seamless Wikipedia browsing. On steroids.
Every time you click a link to Wikipedia, Wiktionary or Wikiquote in your browser's search results, it will show the modern Wikiwand interface.
Wikiwand extension is a five stars, simple, with minimum permission required to keep your browsing private, safe and transparent.