Loading AI tools
Из Википедии, свободной энциклопедии
Не́стор Максимович Амбо́дик-Максимо́вич (известен также как Максимо́вич-Амбо́дик или просто Амбо́дик; 27 октября (7 ноября) 1744[А 1], Веприк, Гадячский полк, Киевская губерния, Российская империя — 24 июля (5 августа) 1812, Санкт-Петербург, Российская империя) — российский учёный-медик, биолог и переводчик; статский советник.
Нестор Макси́мович Амбоди́к-Максимо́вич | |
---|---|
![]() «Здравый рассудок повелевает больше пещися о размножении народа, прилежном соблюдении новорождённых детей, чем продажей и населением необработанной земли неизвестным чужестранным пришельцам». «Солнце не должно дважды вставать над роженицей» Нестор Амбодик | |
Дата рождения | 27 октября (7 ноября) 1744 |
Место рождения | село Веприк, Гадяцкий полк, Полтавская губерния[1] |
Дата смерти | 24 июля (5 августа) 1812 (67 лет) |
Место смерти | Санкт-Петербург, Российская империя |
Страна | |
Род деятельности | геральдист |
Научная сфера | медицина (акушерство, педиатрия); ботаника |
Место работы | Петербургская акушерская школа |
Альма-матер |
Киевская духовная академия Страсбургский университет |
Учёная степень | доктор медицинских наук |
Учёное звание | профессор |
Известен как | Основоположник акушерства и педиатрии в Российской империи |
![]() |
Систематик живой природы | |
---|---|
Автор наименований ряда ботанических таксонов. В ботанической (бинарной) номенклатуре эти названия дополняются сокращением «Maxim.-Amb.». Персональная страница на сайте IPNI |
Выпускник Киево-Могилянской духовной академии, магистр богословия. Выпускник Страсбургского университета, доктор медицины, профессор. Почётный член Медицинской Коллегии Российской империи, член Императорского Вольного экономического общества.
Один из основоположников акушерской и педиатрической школ в Российской империи. Автор первого русскоязычного руководства по фитотерапии.
Псевдоним Амбодик, с латинского «скажи дважды» (лат. ambo dic), был взят им в знак того, что его отчество и фамилия совпадают[2].
Нестор Максимо́вич родился в селе Веприк (совр. Гадячский р-н, Полтавская обл., Украина) и принадлежал к православному казацкому духовенству[3]. Родился в семье священника Максима Максимо́вича —- настоятеля церкви Веприцкой сотни Гадячского полка. После окончания сельской приходской школы он продолжил духовное образование в Киево-Могилянской академии, где обучался словесным наукам, философии и богословию. С окончанием в 1768 году академии Нестор Амбодик отправился в Москву в распоряжение учреждённой годом раньше по инициативе императрицы Екатерины II законодательной «Комиссии о сочинении проекта нового Уложения»[4].
Комиссия оценила высокий уровень подготовки юного богослова и направила его студентом на медицинский факультет Московского университета. На следующий год Нестор Максимо́вич волонтером перевелся в Санкт-Петербургскую хирургическую школу при адмиралтейском и сухопутном военных госпиталях[5], в стенах которой проучился всего 1 год.
Ещё обучаясь в Московском университете, Н. М. Амбодик обратил на себя внимание особыми способностями, высокой работоспособностью и хорошим знанием иностранных языков. Эти качества стали определяющими, когда в 1770 году в числе троих студентов он по особой стипендии из фонда княгини Е. Д. Голицыной-Кантемир был направлен учиться медицине и главным образом повивальному делу в Страсбургский университет:
«Страдая неизлечимой болезнью, от которой не помогали ни тёплый климат, ни воды Пломбьера и Бережа, княгиня Голицина интересовалась медициной и по духовному завещанию оставила крупное пожертвование в пользу акушерского дела в России. На проценты с завещанного ею капитала в 20000 руб. должны были отправляться через каждые 6 лет трое из питомцев Московского университета, природные русские, в Страсбургский университет, славившийся в то время лучшим преподаванием повивального искусства. На эти средства получили своё образование известные доктора Н. М. Максимо́вич-Амбодик, автор многих научных трудов на русском и немецком языках, А. М. Шумлянский и другие первые представители акушерства в русских школах.»
— [6]
В Страсбурге Нестор Макси́мович учился акушерству у знаменитого профессора Ридерера, но диссертацию на учёное звание доктора медицины 26 сентября 1775 года защитил по далёкой от акушерства теме: «О печени человека», которая получила восхищенный отзыв декана медицинского факультета Страсбургского университета Я. Р. Шпильмана. На протяжении следующего года Н. Амбодик знакомился с врачебным делом Германии, посетив ряд немецких клиник, слушая лекции, беседуя с врачами и совершенствуясь в немецком языке.
По возвращении в Санкт-Петербург в сентябре 1776 года и сдачи обязательного экзамена в Медицинской Коллегии для подтверждения своей квалификации, Нестор Макси́мович был принят младшим доктором Петербургского морского госпиталя. Одновременно с практической деятельностью он начал преподавать повивальное искусство и Materia medica в двух главных Санкт-Петербургских госпиталях.
В 1777 году для углубления знаний по акушерскому делу Нестор Макси́мович выехал в краткосрочную заграничную командировку, а вернувшись, получил назначение младшим доктором и преподавателем медицинской школы в Кронштадтский Адмиралтейский госпиталь[7]. Здесь он читал лекции по физиологии, медико-хирургической практике, повивальному делу и Materia medica. В том же году Н. М. Амбодик как представитель Кронштадтского Адмиралтейского госпиталя был введён в состав Медицинской Коллегии Российской империи[8]. Чтение лекций в Кронштадте Нестор Макси́мович продолжил до 1781 года, пока не подал прошение о своём переводе в Санкт-Петербург.
10 мая 1781 года Медицинская Коллегия назначила Н. М. Амбодика возглавлять «повивальное дело»[9] с обязанностью организовать подготовку повивальных бабок в «бабичьей школе» столицы[10].
Усилиями лейб-медика П. З. Кондоиди «бабичья школа» в Санкт-Петербурге существовала с 1757 года, однако подготовка повивальных бабок в ней велась исключительно теоретическая. В 1770 году по инициативе императрицы Екатерины II для призрения незаконнорождённых детей и сирот в Петербурге был открыт Воспитательный дом, где годом позже было организовано несколько родильных коек. В 1775 году Воспитательный дом был соединен с ранее открытым Домом для беременных женщин[5][11]. Наконец, в 1783 году, когда Нестор Макси́мович уже возглавлял повивальное дело в Петербурге, здесь, в устье Фонтанки, под руководством П. В. Завадовского было открыто третье в столице Хирургическое училище для подготовки лекарей[5]. Училище располагало небольшим госпиталем, в составе которого было 10 коек для рожениц. На базе этих коек была организована вторая в Петербурге «бабичья школа».
Н. М. Амбодик занимался подготовкой повивальных бабок в обеих этих школах, причем с октября 1782 года в ранге первого в России профессора повивального искусства. Главным для Нестора Макси́мовича стала «бабичья школа» при Воспитательном доме, где он фактически возглавил родильный госпиталь (отделение) на 20 коек. К сожалению, помещение было очень тесным и тёмным[12], но и в этих условиях Н. М. Амбодику удалось достигнуть больших успехов. Так, родильная горячка, которая в те годы была основной причиной материнской смертности, снизилась до 5 % и держалась на таком уровне в течение многих лет.
В этот период деятельности важной обязанностью Нестора Макси́мовича, как члена Медицинской Коллегии стала выдача разрешений на право врачебной практики в России докторам, прибывшим в Петербург из Европы. Так именно Н. М. Амбодик в 1790 году экзаменовал приехавшего из Шотландии будущего президента Медико-хирургической академии и баронета Я. В. Виллие[13].
В 1793 году статус Нестора Макси́мовича в Медицинской Коллегии поменялся. За заслуги в повивальном деле он был избран её почётным членом[14][15]. Ещё ранее, в октябре 1789 году он был принят членом Императорского Вольного экономического общества[16]. В течение многих лет, не имея статуса лейб-медика, Н. М. Амбодик состоял личным лекарем её императорского величества Екатерины II и пользовался её особым расположением[17]. В последние годы правления императрицы он составил проект развития акушерского образования в России (который так и не был реализован), и подготовил соображения о реорганизации родовспоможения в России. Всеподданнейший доклад на эту тему был подан от лица Медицинской Коллегии уже на имя нового самодержца 19 января 1797 года.
С вступлением на престол 6 ноября 1796 года императора Павла I карьера Н. М. Амбодика пошла на спад. Павел I занялся ломкой порядков, заведённых матерью, отправив в отставку очень многих сановников из её окружения. Коснулись эти преобразования и Нестора Макси́мовича, который вскоре был отстранён от преподавательской деятельности. Правда, в сентябре 1797 года он ещё успел поспособствовать организации Повивального института на 20 коек. Учреждение было открыто на месте «императорской родильни» и второй «бабичьей школы» при госпитале Хирургического училища в устье Фонтанки у Калинкина моста. Пожалуй, это было последнее деяние Нестора Макси́мовича на посту профессора повивального искусства.
Последующие годы Н. М. Амбодик возглавлял родильное отделение в расположенной поблизости Калинкинской больнице. Рассчитанная на 300 коек, больница имела отчётливую социальную направленность и предназначалась для «сифилитических» женщин. Родильное отделение при ней располагало всего десятью койками. Посетивший это отделение доктор Ф. Ф. Залесский[18] обнаружил, что спустя годы всё заложенное Нестором Амбодиком там любовно сохранялось:
"Отделение родильное я нашёл, сверх чаяния, устроенным самым отличным образом. Несмотря на малочисленность кроватей этого отделения (всего 10), в нём бывает в год до 200 родов. Сюда принимают не только сифилитических, но и вообще всех беременных женщин, ищущих пристанища для родов. Замечательно здесь устройство родильной кровати. Эта железная кровать имеет, вместе с лежащею на ней постелью, вышину с лишком полтора аршина, так что акушер не имеет нужды нагибаться к родильнице. Верхний, обитый юфью, тюфяк составлен из нескольких кусков, могущих укладываться различно; в среднем куске сделана овальная выемка и в неё вставляется продолговатый довольно глубокий медный таз, края которого однакож стоят ниже уровня тюфяка… Новорождённому можно здесь немедленно сделать тёплое купание… и тут же может ему удобно быть подана всякая помощь, в случае мнимой смерти…
Удобно расположенное помещение этого отделения в нескольких комнатах, из которых каждая имеет своё специальное назначение, размещение кроватей, проветривание комнат, ватерклозеты, резервуары горячей и холодной воды, снаряд для припарок, настоев, сушильня для детского белья, — всё это устроено не только с отличною основательностью и знанием дела, но и весьма красиво… "— [12]
Император Александр I, возможно, пытался исправить ошибку отца и вернуть Н. М. Амбодика к профессорской деятельности. Именно при нём, долгое время оставаясь коллежским советником и не имея на тот момент никаких государственных должностей, Нестор Макси́мович был удостоен следующего чина — статского советника[19]. Однако за этим ничего не последовало. Последние годы жизни в Петербурге Н. М. Максимо́вич-Амбодик проживал в собственном доме в Хлебном переулке[20], где очевидно и скончался 24 июля 1812 года. Это произошло в самый разгар Отечественной войны 1812 года, всего за месяц до Бородинского сражения. Возможно, поэтому российские газеты не отозвались на смерть своего знаменитого соотечественника.
Место упокоения Н. М. Максимо́вича-Амбодика неизвестно, однако, как вспоминал родоначальник детской и подростковой гинекологии в Ленинграде, профессор СПбГПМУ Ю. А. Гуркин, юношей он случайно обнаружил надгробие с именем первого российского профессора акушерства и первого педиатра в отдалённой части Новодевичьего кладбища Санкт-Петербурга.
В уникальном 4-томном труде В. И. Саитова «Петербургский Некрополь», изданном в 1912 году, могила Н. М. Максимо́вича-Амбодика не упоминается. Между тем известно, что В. И. Саитов вынужденно допустил немало пропусков.
Известно и то, что кладбище при Новодевичьем монастыре было открыто спустя 38 лет после смерти Нестора Макси́мовича. Согласно В. И. Саитову по времени это совпало с ликвидацией кладбища около Екатерининской церкви близь Калинкинской больницы. там обычно хоронили усопших пациентов больницы и некоторых сотрудников. Возможно, первоначально Н. М. Максимо́вич-Амбодик был похоронен именно на Калинкинском кладбище. При ликвидации погоста его прах действительно мог быть перезахоронен туда, где его и обнаружил Ю. А. Гуркин.
Возглавив в Медицинской Коллегии империи «повивальное дело», Н. М. Амбодик впервые в истории государства применил системный подход к организации образования повивальных бабок. Оно включало элементы общемедицинской и хирургической подготовки, теоретическое и практическое обучение акушерству, а также азы педиатрии раннего возраста. Социальный статус выпускниц «бабичьих школ» под управлением Нестора Макси́мовича существенно вырос, а сами школы оказались прообразом высшего женского медицинского образования, возникшего в России лишь век спустя.
В части практической подготовки повивальных бабок Нестор Макси́мович ввёл новые наглядные методы преподавания. Первым в России он начал проводить занятия на акушерском фантоме, применяя его для демонстрации биомеханики как нормальных, так и патологических родов, а также для обучения различным акушерским приёмам и операциям. Фантом женского таза с деревянной куклой-ребёнком, а также прямые и изогнутые стальные щипцы («клещи») с деревянными рукоятками, серебряный катетер и прочие инструменты были изготовлены по его собственным моделям и рисункам[21].
Н. М. Амбодик оказался автором капитального труда «Искусство повивания, или Наука о бабичьем деле» — первого российского руководства по акушерству, который считался лучшим трудом XVIII века в этой области. По этому руководству обучались несколько поколений русских акушеров. Многие положения до сих пор не утратили своей актуальности, например, описанные им формы узкого таза будущих матерей легли в основу классификаций узкого таза, предложенных в дальнейшем многими авторами.
Нестор Макси́мович первым в России описал асинклитическое вставление головки плода, при котором первой вставляется передняя часть или задняя часть теменной кости. Он одним из первых в России внедрил в практику наложение акушерских щипцов при операциях. Принцип операции при ножном предлежании плода актуален и сегодня.
Н. М. Амбодик был сторонником по возможности естественного протекания родов, он основоположник бережного ведения родового процесса, в основе которого лежит выжидательная тактика. Её придерживаются и многие современные акушеры. Нестору Макси́мовичу принадлежит следующее выражение:
…Искусная и проворная бабка и благоразумный врач не о снискании тщетной себе славы, но о всеобщей пользе пекущиеся, больше могут сделать при родах одними своими руками, чем всеми прочими искусственными фудиями (инструментами).
Особое значение учёный придавал патологии беременности, а также образу жизни будущей матери. Широкое распространение получил предложенный им метод массажа матки на кулаке с целью её сокращения, предупреждающий возможное послеродовое кровотечение. Подобный массаж применяется и в современной акушерской практике.
В отечественную историю Н. М. Амбодик-Максимо́вич вошёл как «отец русского акушерства».
Пятая часть труда Н. М. Амбодика «Искусство повивания, или Наука о бабичьем деле» объёмом в 140 страниц содержит:
…кратное объяснение всего того, что воспитывающим детей ведать и делать должно – касательно их природных свойств, воспитания, попечения от рождения до отроческого возраста; описание болезней, младенцем приключающихся; примечания и наставления о врачевании оных и надежные средства, к облегчению и предохранению детей от немочей способствующие
Предшествовали написанию этой части книги переводы на русский язык двух руководств, изданных в Европе. Выполнил переводы и опубликовал их в 1781 году в России сам Нестор Макси́мович.
И труд профессора Л. С. Сосерота и руководство И. Шрейбера, а главное прибавление к нему П. И. Погорецкого, содержали значительные сведения о развитии, заболеваниях, уходу и лечению детей первых лет жизни и стали органичной основой для написания Нестором Макси́мовичем пятой части своего руководства.
По мнению профессора Н. П. Шабалова[24], в руководстве Н. М. Амбодика можно найти характерные черты отечественной педиатрии:
- Профилактическая направленность («Прогулки детей на свежем воздухе предохраняют от многих болезней»)
- Медицинское образование народа и этика
- Безопасное (нетравматичное) акушерство («Поистине счастливы жены, кои с пособием природы рожают детей благополучно сами, не имея нужды в помощи чужой»)
- Важность естественного вскармливания («Материнское молоко –полезнейшее, надежнейшие, ничем не заменимое питание»)
- Рациональная фармакотерапия («Чем проще, чем короче будут врачебные предписания, чем менее много сложны будут аптекарские составы и чем больше с природою согласно будет врачевание болезней, тем больше успехов от врачебной науки и вящей пользы ожидать можно…Ко врачеванию младенческих болезней едва требуются лекарства. По крайней мере, следует выбирать из них самые легчайшие, да и то только при необходимой нужде»)
- Любовь к больному
- Гражданственность
Нестора Макси́мовича считают основоположником российской фитотерапии[25]. Он придавал большое значение лекарственным растениям при лечении многих заболеваний, высказывая передовую по тому времени мысль:
Чем больше с природой согласно будет врачевание приключающихся человеческому роду болезней, тем больших успехов от врачебной науки и вящей пользы от употребляемых лекарств впредь ожидать можно.
В 1784 году учёным была издана книга «Энциклопедия питания и врачевания, составленная личным лекарем Её Императорского величества Екатерины II в 1784 году профессором Н. Амбодиком», представляющая собой богатейшее собрание описаний лекарственных растений.
Нестор Макси́мович является автором первых в Российской империи медицинских словарей и создателем российской медицинской терминологии. Его перу принадлежит одна из первых монографий по физиологии человека.
Особняком в творчестве Нестора Макси́мовича, отражая широту его интересов, стоит книга: «Избранные емблемы и символы на российском, латинском, французском, немецком и английском языках объясненные, прежде в Амстердаме, а потом во граде Св. Петра 1788 года, с приумножением изданные Статским Советником Нестором Макси́мовичем Амбодиком». В этом третьем переиздании петровских «Символов и эмблемат» 1705 года, отпечатанных в Амстердаме, Н. Максимо́вич перепечатал полностью офортом все 840 изображений из первого издания, добавил 70 страниц римской пагинации с объяснениями, иконологическими описаниями изображений, краткими толкованиями изображений, а также описанием государственных гербов Российской Империи. Всё это он украсил большими, гравированными виньетками, авторство которых установить не удалось. И. С. Тургенев назвал это произведение Н. М. Амбодика в романе «Дворянское гнездо»:
В этой книге помещалось около тысячи частью весьма загадочных рисунков, с столь же загадочными толкованиями на пяти языках. Купидон с голым и пухлым телом играл большую роль в этих рисунках. К одному из них, под названием «Шафран и радуга», относилось толкование: «Действие сего есть большее»; против другого, изображавшего «Цаплю, летящую с фиалковым цветком во рту», стояла надпись: «Тебе все они суть известны». «Купидон и медведь, лижущий своего медвежонка» означали: «Мало-помалу». Федя рассматривал эти рисунки; все были ему знакомы до малейших подробностей; некоторые, всегда одни и те же, заставляли его задумываться и будили его воображение; других развлечений он не знал
Санкт-Петербургское отделение Союза педиатров России
Первые детские врачи Петербурга:
Seamless Wikipedia browsing. On steroids.
Every time you click a link to Wikipedia, Wiktionary or Wikiquote in your browser's search results, it will show the modern Wikiwand interface.
Wikiwand extension is a five stars, simple, with minimum permission required to keep your browsing private, safe and transparent.