Loading AI tools
археологическая культура Из Википедии, свободной энциклопедии
Ро́менско-борщёвская культура (Роменско-боршевскаяукр. Роменсько-борщевська культура) — славянская раннесредневековая археологическая культура VIII—X веков (в ряде регионов существовала до первой половины XI века) на территориях сегодняшней Украины и России .
) (Эту страницу предлагается переименовать в «Роменско-боршевская культура». |
Роменско-борщёвская культура Раннее Средневековье | ||||
---|---|---|---|---|
![]() Археологические культуры последней четверти 1-го тысячелетия на юге Восточной Европы | ||||
Географический регион | Восточноевропейская лесостепь | |||
Локализация | междуречье среднего Днепра и верхнего, и среднего Дона, верховья Оки | |||
Типовой и другие памятники | Новотроицкое городище, Битицкое городище, Титчиха | |||
Датировка | вторая половина VIII—первая половина XI вв. | |||
Носители |
северяне — роменская; вятичи, радимичи (предположительно), донские славяне (под вопросом) — борщёвская |
|||
Тип хозяйства |
пашенное земледелие, приселищное животноводство |
|||
Исследователи | М. В. Воеводский, Ф. М. Заверняев, И. И. Ляпушкин, В. А. Падин, А. В. Куза, О. В. Сухобоков, А. И. Москаленко, А. Д. Пряхин, А. З. Винников. | |||
Преемственность | ||||
|
||||
![]() |
Накануне возникновения Древнерусского государства культура восточных и западных славянских племён в разных регионах имела свои незначительные локальные особенности, не нарушавшие общность славянской культуры в целом. Представители одной из таких локальных групп славянского населения оставили после себя памятники роменско-борщёвской культуры, отличительными признаками которой служат погребальная обрядность и специфическая керамика. По мнению некоторых исследователей, культура днепровского левобережья последней четверти 1-го тысячелетия является пришлой. Другие считают её возникшей в процессе длительного и непрерывного развития автохтонного населения и допускают возможность участия в формировании культуры неславянских племён. Большинство исследователей считает, что роменско-борщёвская культура явилась результатом смешения пришлых племён и аборигенного населения .
Название получено по городу Ромны в Сумской области, близ которого в начале XX века проводились раскопки древних поселений. В то же время исследовались поселения у села Борщёво в Воронежской области, где были обнаружены памятники близкие по материальной культуре с роменскими. Жители села Борщёво на местном диалекте называли своё село «Боршево» и археологи, получив название села по слуху, долго (весь XX век) называли культуру «роменско-боршевской»[2]. Общность роменских (днепровских) и борщёвских (донских) групп свидетельствовала о единстве их происхождения, что и позволило объединить эти группы в единую роменско-борщёвскую культуру[3].
Роменско-борщёвский ареал охватывает территорию левобережья Днепра — от бассейнов Десны, Сулы, Псёла, Ворсклы до верхнего и среднего Дона, и верховий Оки. Это области Украины: Черниговская, Сумская, Полтавская, Харьковская и России: Липецкая, Воронежская, Брянская, Курская, Белгородская, Орловская[4].
В 1901 году Н. Е. Макаренко проводил раскопки на поселениях в окрестностях города Ромны Полтавской губернии, который затем и выделил данную культуру. Обнаруженные им памятники получили название роменских. В 1905 году А. А. Спицын исследовал городище и селище у села Борщёво в Воронежской губернии. Первоначально борщёвские древности считались хазарскими, однако в 1908 году А. И. Мартинович высказал предположение об их славянской принадлежности. В 1928—1929 годах эта гипотеза была подтверждена работами П. П. Ефименко и П. Н. Третьякова. По находкам монет на борщёвских поселениях была определена абсолютная дата культуры. Планомерное и систематическое изучение роменских и борщёвских памятников началось после Великой Отечественной войны. В 1958 году И. И. Ляпушкин проанализировал материалы исследованного им Новотроицкого городища и других памятников. Он аргументированно обосновал теорию единства восточнославянского мира накануне и в период образования Древнерусского государства. В своих выводах он объединил вопросы истории и культуры славянского населения левобережья Днепра и верхнего, и среднего Подонья. И. И. Ляпушкин объединил роменскую и борщёвскую археологические культуры в единую славянскую — «Роменско-борщёвскую». После исследования А. Н. Москаленко борщёвского Титчихинского городища (1954—1962), её выводы по многим вопросам культуры донских славян совпадали с теми, которые были сделаны И. И. Ляпушкиным, в том числе об общности культур[5]. Исследования, проведённые в 1970-х — 1980-х годах, показали, что не все роменские памятники одновременны. Были выделены ранне- и позднероменские хронологические группы. К раннероменскому периоду относятся поселения, близкие предшествующей волынцевской культуре, которые датируются второй половиной VIII — концом IX века. Поздний этап роменской культуры соответствует X — первой половине XI века. Стратиграфические наблюдения показали отсутствие стерильных прослоек и следов пожарищ между роменскими и древнерусскими горизонтами, что говорит о непрерывности существования роменской культуры и мирном её перерастании в древнерусскую[3][6].
Роменская культура получила своё развитие на основе волынцевской. При сравнительном исследовании С. П. Юренко и А. А. Узяновым волынцевской и роменской керамики была установлена преемственность традиций изготовления лепной посуды. Волынцевские и роменские древности имеют культурную и генетическую близость во всех основных элементах. О. В. Сухобоков предлагал рассматривать волынцевскую и роменскую культуры как единую — волынцевско-роменскую. Переход от одной культуры в другую был постепенным. По утверждению И. И. Ляпушкина, в формировании роменской культуры приняло участие переселение в VIII веке в Днепровское левобережье части лука-райковецкого населения, что может подтверждаться изменением погребальной обрядности. Захоронения в грунтовых могильниках[''К'' 2] в IX—X веках постепенно сменялись курганными[''К'' 3]. В Окско-донском бассейне борщёвской культуры курганные захоронения появились уже в VIII веке. Славянское население, пришедшее сюда очевидно из Подесенья и Левобережья Днепра, не могло принести курганный обряд. Скорее всего курганная обрядность была заимствована ими у местного населения, представленного мощинской культурой[9][10].
Роменскую культуру большинство исследователей связывают с северянами, которых летописцы помещали по бассейнам левых притоков Днепра, «… а другие седоща по Десне и по Семи, по Суле и нарекошася северъ»[11][12]. Этническая составляющая древностей дороменского времени вызывает различные мнения по причине характера самих памятников, отличающихся типологическим разнообразием. Большинство археологов считают Днепровско-левобережные древности V—VII веков безусловно славянскими. Другие (В. В. Седов, И. П. Русанова, И. И. Ляпушкин) относят их к памятникам восточно-балтских племён. Есть мнение (М. И. Артамонов), что эти памятники принадлежат аланам или праболгарам. Вопрос об этнической интерпретации дороменских памятников Левобережного Поднепровья не позволяет дать однозначного общего ответа в связи с недостаточностью имеющихся материалов[13].
Распространена точка зрения о связи борщёвского населения с вятичами, важнейшим доказательством которого считаются курганные захоронения с деревянными камерами и кольцевыми оградками с вертикально поставленными деревянными плахами. Особым вопросом является определение этнической принадлежности борщёвского населения Верхнего и Среднего Дона. В отличие от других племенных союзов юго-востока — северян, вятичей и радимичей, группа верхне-донского восточнославянского населения не упомянута в «Повести временных лет». В. В. Седов предполагает, что она прекратила существование до составления «Начального свода», где юго-восточная граница расселения славян ограничена бассейнами Сейма и Сулы[14][15][''К'' 4] [''К'' 5].
Контраргументами предположения, что борщёвская культура не проистекает из вятичской, а синхронна ей, является то, что вятичи летописные располагались в верхнеокском бассейне севернее среднего и верхнего Дона, как упоминается в летописи: «А Вятко седе с родомъ своимъ по Оце (по Оке), от него же прозвавшася вятичи» и курганный обряд на Дону появился в IX—X веках, тогда как борщёвское население уже было здесь (в VIII веке) и может быть объяснено проникновением отдельных групп вятичского населения на территорию Подонья[16][14][12].
Носителями борщёвской культуры могли быть также радимичи. Оба племени — вятичи и радимичи, согласно «Повести временных лет», происходят «от ляхов» и их близость подтверждается по одному из основных признаков в археологической диагностике славянских племён — височным кольцам. У радимичей и вятичей кольца дунайского происхождения — лучевые; у радимичей семилучевые, у вятичей — семилопастные, у северян же спиральные[20]. В вопросе о племенной принадлежности населения боршевской культуры консенсуса среди исследователей не достигнуто, и вопрос остаётся открытым. В. В. Седов считает роменскую культуру на левобережье Днепра, боршевскую на Дону и вятичскую на Оке отдельными культурами, возникшими почти одновременно — в VIII веке — и отрицает возможность эволюционирования боршевской культуры из роменских или вятичских древностей[16].
Антропологи В. В. Бунак и Т. А. Трофимова, отмечая разницу в антропологическом облике отдельных восточнославянских племён, пришли к заключению о сходстве северян и в меньшей степени вятичей с сардинцами — понтийской ветви средиземноморской расы, образовавшейся в Причерноморском регионе. Согласно типологических схемам Т. А. Трофимовой и В. В. Бунака, понтийский — это узколицый европеоидный тип. По предположению В. В. Бунака в начале 2-го тысячелетия на территории Восточной Европы расселяются разные славянские племена, которые смешиваются с автохтонным населением, представлявшим протоазиатскую расу[21].
Основным типом поселений роменцев являются городища (Новотроицкое, Донецкое, Большое Горнальское, Крапивенское и др.). Устраивались они на мысах коренных берегов рек или в болотистых долинах рек, получая при этом хорошую естественную защиту. На многих городищах выделяются остатки искусственных оборонительных сооружений — валы и рвы. Вблизи городищ часто обнаруживаются селища, для которых использовались максимально возвышенные участки высотой 7—10 м (Лебяжье, Чапли). Расположение поселений относится к «кустовому» типу — они объединены в группы («гнёзда») в среднем по 3—9, на расстоянии 2—5 км друг от друга. Это может свидетельствовать о родственных связях внутри групп и о развитых социально-экономических отношениях между «гнёздами». Жилые и хозяйственные постройки, как правило, размещались бессистемно, усадьбы и дворовые территории не выделены. Городища с прилегающими селищами образовывали своеобразный микрорегион («археологический ландшафтный комплекс»). На окраинах этих территорий обычно располагались курганные могильники. Комплексы поселений разделяются ярко выраженными элементами ландшафта (балки, речушки, леса, болота)[22][23].
Один из хорошо исследованных памятников — Новотроицкое городище (опорный памятник роменской культуры) — раскапывалось в 1952—1954 годах Днепровским Левобережным отрядом под руководством И. И. Ляпушкина. Здесь, на площади 3,9 га, были обнаружены остатки 50 отдельно стоящих жилищ (полуземлянок), хозяйственные и производственные сооружения, печи и открытые очаги вне построек, а также несколько захоронений. Погибло поселение одномоментно в результате сильного пожара. Жители оставили после себя большое количество бытовых вещей, изделий из железа (сошники, ножи, серпы, косы, лемехи, мотыжки, топоры и тёсла, ложкорезы, наконечники стрел, рыболовные крючки, кресало и др.), украшения из бронзы и серебра. Обнаружено было три клада с дирхемами и серебряными украшениями. Сопоставив письменные источники и данные археологии, И. И. Ляпушкин сделал вывод, что городище было разрушено в результате нападения печенегов в конце IX века[14][24].
Борщёвские поселения Подонья также представлены селищами и городищами (Борщёвское, Воргольское, Титчиха и др.), и по облику сходны с роменскими (северянскими). Одним из наиболее исследованных памятников является городище с прилегающим к нему селищем близ хутора Титчиха[14].
Основу хозяйства и роменского, и борщёвского населения составляло пашенное земледелие с применением переложной системы землепользования и двухпольного севооборота. Для обработки почвы применялось рало с широко- и узколопастными наральниками. В качестве тягловой силы использовались волы и лошади. Основным орудием уборки урожая являлся серп. Перед обмолотом собранный урожай просушивался на солнце или в специальных хозяйственных постройках — овинах. Исследования зерновых «житных ям»-хранилищ показали ассортимент культивируемых культур: овёс, рожь, вика, горох, просо, яровая и озимая пшеница, лён. Хранилища могли находиться как в жилых помещениях, так и за их пределами. Размол зерна осуществлялся ручными каменными жерновами и зернотёрками. Второй по значению отраслью хозяйства являлось животноводство с преимуществом разведения крупного рогатого скота, затем свиней, мелкого рогатого скота и лошадей; были обнаружены также кости собак, домашней птицы и диких животных[25][26].
Сельское хозяйство роменско-борщёвской культуры сложилось под влиянием соседней салтовской культуры. Об этом может свидетельствовать появление более прогрессивных орудий труда в земледелии — комплекса лемеха с череслом и косы, присущей исключительно салтовской культуре[27].
На основании материалов Новотроицкого городища И. И. Ляпушкин реконструировал внешний облик северянского поселения. Жилища представляли собой углублённые на 0,5—1,2 м в землю четырёхугольные в плане полуземлянки[''К'' 6], в основном каркасно-столбовой конструкции, площадью от 9—12 до 20—30 м2. Внутреннее устройство жилищ составляли материковые останцы вдоль стен, служившие своеобразной «мебелью» или рабочим местом, и вырезанные в глиняных останцах (или глинобитные) печи прямоугольной, круглой или овальной форм. Если же материк состоял из песчаных или подзолистых грунтов, то печи устраивались в специально принесённом и утрамбованном глиняном массиве. Печной свод монтировался из обожжённых глиняных вальков и имел конусовидную форму. Изнутри печь обмазывалась глиной. Под печи для повышения теплоотдачи иногда выкладывался из мелких камней и битой керамики, и тоже обмазывался глиной. Из-за плохой сохранности сводов нельзя однозначно сделать вывод о наличии дымоходов. В жилищах Новотроицкого городища в сводах печей обнаружены круглые отверстия, возможно, служившие дымоходами. В своды печей часто вмонтировались глиняные блюда-жаровни, служившие для сушки зерна, трав и выпечки хлеба[29][22].
Характерным типом жилищ борщёвцев являлись однокамерные полуземлянки с деревянной обшивкой стен. Пол материковый земляной, без следов подмазки. Отапливались жилища печами, сложенными из камней, либо из камней и глины. Реже встречаются печи из глины, при сооружении которых частично использовался материк. Редко сооружались также каменные открытые очаги[30].
Хозяйственные постройки размещались вблизи жилищ. Это были ремесленные мастерские (металлургические, кузнечные, ювелирные, гончарные), амбары, постройки для помола зерна, хлева́, овины, очаги и печи вне жилищ, использовавшиеся в летнее время. Почти на всех исследованных поселениях выявлены остатки хозяйственных ям грушевидной формы, служивших в основном как зернохранилища. Изнутри ямы обмазывались глиной и обжигались, а над ямой устраивался шалашевидный навес[31].
Бо́льшая часть керамики роменских поселений — лепная, изготовлена без гончарного круга. Формы сосудов — горшки, миски, сковородки. Среди горшков распространены высокие с усечённо-коническим низом, выпуклыми плечиками и отогнутым наружу венчиком, а также более низкие с вертикальным цилиндрическим верхом. Специфической особенностью роменской керамики является орнаментация — зигзагообразные и другие узоры, нанесённые по плечикам сосудов штампом из перевитой верёвочки[32].
Борщёвская керамика VIII—Х веков по всем характеристикам очень близка к роменской. Это — лепная посуда тех же форм (круговая появляется здесь не ранее конца Х века). Даже в X веке применение гончарного круга являлось большой редкостью. Бо́льшая часть посуды её не орнаментирована, ме́ньшая украшена узорами, тождественными роменской орнаментации. Борщёвские горшки в целом более низкие, чем роменские, и в глиняном тесте отсутствует дресва. В целом наборы роменской и борщёвской керамической посуды идентичны[33][14].
Находки шлаков, остатков горнов и сопел на роменских поселениях свидетельствуют об активном развитии железоделательного и железообрабатывающего ремёсел. Около половины технологически исследованных изделий было отковано из кричного железа и мягкой сырцовой стали. Другая половина — из средне- и высокоуглеродистой стали (цельностальные изделия, сваренные и термообработанные, инструменты с наварными стальными лезвиями). Производство и обработка цветных металлов представлены орудиями этого ремесла: льячеки (ковшик для разливания расплавленного металла), тигли, литейные формочки и коллекцией бронзовых и серебряных изделий: пяти- и семилучевые височные кольца[''К'' 7], в том числе украшенные зернью, проволочные перстнеобразные колечки, шейные гривны, пластинчатые браслеты, перстни, привески и пр.[32].
О присутствии железоделательного производства на территории борщёвского ареала также свидетельствуют многочисленные различные железные изделия — орудия сельскохозяйственного труда, предметы быта и вооружения, поясные принадлежности. О бронзолитейном производстве говорят находки глиняных и каменных тиглей, литейных формочек, пинцетов[35].
Косторезное ремесло представлено изделиями из кости и рога: наконечники стрел, иглы для плетения сетей, различные острия, кочедыки, рукояти, псалии, подвески[36].
На территории роменской культуры преобладал обряд трупосожжения на стороне. Кальцинированные кости, собранные с погребального костра, в глиняной урне или без неё, помещались в верхней части кургана. Редко встречаются курганы с захоронениями на горизонте. В качестве урн использовались лепные горшки, а на поздней стадии гончарные сосуды. По-видимому, украшения и вещи, сопровождавшие умерших, сгорали на погребальных кострах. Поэтому почти все курганные захоронения не имеют вещевых находок. Лишь изредка с сожжёнными остатками обнаруживаются оплавленные предметы — височные кольца, проволочные перстни, поясные пряжки, стеклянные бусы. К последней четверти Х века принадлежат первые курганные трупоположения[32].
Борщёвские захоронения на Среднем Дону отличаются стабильностью погребального обряда: трупосожжение на стороне и помещение кремированных остатков в деревянные камеры и оградки. Погребальный инвентарь почти полностью отсутствует (кроме керамики). Курганы Верхнего Дона содержат разные типы погребений. При трупосожжении за пределами кургана: помещение остатков на погребённой почве; помещение кремации в деревянные камеры; вторичный обжиг на месте кургана. Возведение курганов на месте трупосожжения в деревянных конструкциях[14].
В начале IX века роменское население попало в данническую зависимость от Хазарского каганата. После походов руси на роменские земли — князей Олега в 884 году и Святослава в 964 году — северяне стали платить дань киевским князьям. Постепенно они втягивались в социально-политический, экономический и культурный процесс интеграции и образования Древнерусского государства. К середине XI века роменская культура на всей территории перестаёт существовать. Славянские поселения борщёвской культуры прекращают существование в конце X века (на реке Воронеж в XI веке). Это связывается с нашествием печенегов и гибелью Хазарии[12]. Большая часть славянского населения борщёвской культуры покинула Донской регион и переселилась в Рязанское Поочье. Одним из аргументов переселения борщёвцев в рязанские земли может являться перенесённая туда технология постройки каркасно-столбового типа жилищ, когда доски или плахи вставлялись в выбитые в каркасных столбах пазы. Роменская и борщёвская культуры постепенно трансформировались в древнерусскую[37][38].
Seamless Wikipedia browsing. On steroids.
Every time you click a link to Wikipedia, Wiktionary or Wikiquote in your browser's search results, it will show the modern Wikiwand interface.
Wikiwand extension is a five stars, simple, with minimum permission required to keep your browsing private, safe and transparent.